Раулинсон (Rawlinson), сэр Генри Кресвик (11.04.1810, Chadlington, Oxfordshire, Англия – 05.03.1895, Лондон) – майор английской армии (состоял на военной службе в Восточной-Индийской компании, служил в Персии); учёный-ориенталист. Своим интересом к истории древней Персии он был обязан случайной встрече. В возрасте семнадцати лет – в ту пору он был кадетом – Раулинсон попал на корабль, который шёл мимо мыса Доброй Надежды в Индию. Чтобы как-то скрасить пассажирам долгое путешествие, он начал выпускать корабельную газету. Один из пассажиров – Джон Малькольм, губернатор Бомбея и выдающийся учёный-ориенталист, заинтересовался новоявленным семнадцатилетним редактором. Они беседовали часами, прежде всего, на темы, интересовавшие сэра Джона, – об истории Персии, о персидском языке, о персидской литературе. Эти беседы определили круг дальнейших интересов Раулинсона. В 1826 г. он поступил на службу в Восточно-Индийскую компанию, а в 1833 г. уже в чине майора перешёл на персидскую службу. В 1839 г. он стал политическим агентом в Кандагаре (Афганистан), в 1843 г. – консулом в Багдаде, а в 1851 г. – генеральным консулом; одновременно он был произведён в подполковники. В 1856 г. Раулинсон возвратился в Англию, был избран членом парламента и в том же году вошёл в Совет Восточно-Индийской компании. В 1859 г. он был назначен английским послом в Тегеране, с 1865 по 1868 г. снова был членом парламента. Занявшись клинописью, он расшифровал имена трёх царей – Дараявауша (староперсидское написание имени Дария), Кшайярша (Ксеркса) и Виштаспа. Кроме этих имён, он расшифровал ещё четыре и несколько слов, что стало началом расшифровки клинописи. Вот что рассказывает К. Керам в своей книге «Боги, гробницы, учёные». В священном с древнейших времён районе Бехистуна рядом со старой торговой дорогой, ведущей из Хамадана через Керманшах в Вавилон, вздымается к небу крутая двуглавая скала. Примерно две с половиной тысячи лет назад персидский царь Дарий приказал высечь на её отвесной стене на высоте пятидесяти метров надписи и рельефы, которые должны были прославить в веках и возвеличить его деяния, его победы и его самого. По сторонам этого памятника и под ним выгравировано четырнадцать колонок текста: сообщения о царе, его деяниях, составленные на трёх разных языках. Различия в тексте надписи заметил ещё Гротефенд, но он не сумел определить, что здесь на скале на вечные времена высечены надписи на древнеперсидском, эламском и вавилонском языках. Раулинсона не испугали те пятьдесят метров, которые отделяли надпись от подножия скалы. Презрев опасность, вися на головокружительной высоте, рискуя сорваться вниз и разбиться насмерть, он скопировал староперсидский вариант текста. И в 1846 г. он представил Лондонскому Королевскому Азиатскому обществу не только первую точную копию знаменитой надписи, но и её полный перевод. Это был первый значительный, всеми признанный бесспорный триумф дешифровки клинописи. Затем Раулинсон и другие исследователи приступили к изучению остальных колонок Бехистунской надписи, которая превосходила по объёму весь до этого собранный материал. Заслуга в дешифровке трехъязычной надписи (всех остальных колонок) принадлежит опять же Раулинсону, а также датчанину Вестергаарду и немецко-французскому учёному Опперту. В дальнейшем Раулинсон опубликовал труд «Очерки по истории Ассирии в свете новых знаний, полученных при расшифровке древних текстов» («An Outline of the History of Assyria as collected from the Inscription etc.», 1852). –– Его младший брат Джордж (1815–?) – учёный, историк и литератор. Профессор древней истории в Оксфорде. Автор перевода «Истории» Геродота на английский язык, ценного исторического труда «Пять величайших Монархий Древнего Востока» («The Five Great Monarchies of the Ancient Eastern World», 4 т., 1862–1868).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/3932

Гобино (Gobineau), Жозеф Артюр де (1816–1882), граф – французский дипломат, историк, ориенталист, социолог, антрополог и писатель, которого иногда называют «теоретиком расизма» (Клейн Л., «История антропологических учений»). Он родился в богатой семье, свято чтившей аристократические и религиозные традиции старого дворянского рода, всецело преданного Бурбонам. Его отец никогда не признавал Наполеона государем, а только узурпатором. Мать считала себя дочерью незаконного сына Людовика XV и изменяла мужу. В конце концов, она оставила семью ради любовников, и сын порвал с ней. Представители сильного пола из рода Гобино посвящали жизнь военной карьере и становились блестящими офицерами. Этому должен был следовать и молодой Гобино, но юноша изначально решил идти стезёй науки: в 1835 г. он оставляет военный коллеж и едет в Париж, где живёт четырнадцать лет, изучая филологию, историю, восточные языки и пробуя свои силы в литературе. Он увлёкся Востоком, Средневековьем и, в особенности, средневековой Германией. В 1846 г. он женился на креолке из Мартиники, но её любовь досталась ещё одному его другу, Сержу Эркюлю, и Гобино её возненавидел. В 1849 г. министр иностранных дел Франции Алексис де Токвиль принял Гобино на службу в качестве начальника своей канцелярии – так началась его долгая дипломатическая карьера. Токвиля и Гобино связывала большая дружба, несмотря на их полную идейную несовместимость. Это было время национальных потрясений: Вторая республика сменилась Второй монархией, к власти пришёл Наполеон III, прогремели залпы франко-прусской войны, установилась Третья республика, историей стали трагические дни Парижской коммуны. В годы великих перемен и потрясений Гобино продолжал дипломатическую службу, являясь главой дипломатических миссий в Берне, Ганновере, Франкфурте-на-Майне, Тегеране, Афинах, Рио-де-Жанейро и Стокгольме. Из писем, отправленных им своему другу и учителю Токвилю, мы имеем возможность познакомиться с его размышлениями по поводу страны, в которой живёт, его взглядами на будущее в области политики, с его любопытными суждениями о Швейцарии и Германии, об Австрии и Италии, наконец, о Персии, в которой довелось ему жить с 1855 по 1858 гг. И всё же в истории дипломатии он не оставил яркого следа. «Этот человек, обнаруживавший столь тонкий ум, когда надо было проникнуть в сложные переживания отдельной личности, – этот человек с орлиным взором, охватывающим широкие горизонты веков, более глубокий, чем Монтескье, и более тонкий, чем Стендаль, – почти всегда спотыкается на событиях настоящего времени или ближайшего будущего. Он видит то, что происходило, или то, что произойдёт на расстоянии двух тысяч лет. Но он никогда не предвидит, что будет завтра» (Роллан Р., с/с, т. 14, с. 465, М., 1958). Дипломатическая служба, по-видимому, не приносила Гобино полного удовлетворения, поэтому он не ограничивался лишь этой сферой. Гобино, в силу своих служебных обязанностей, много ездил по миру (бывал он и в России); естественно, многое из виденного им он подвергал анализу и осмыслению, потому, наверное, каждое его назначение завершалось плодом раздумий – новой книгой. В 50-е годы начинают издаваться его произведения: новеллы и романы, поэмы и драмы, а также труды по филологии, истории, культуре, философии, религии: основополагающий труд «Опыт о неравенстве человеческих рас» («Essai sur l’inégalité des races humaines», 1854–1855) и «Три года в Азии» (1858), где выражаются симпатии автора в отношении восточных традиций и подчёркивается значение Азии; обстоятельный труд «Религии и философии Центральной Азии» (1865), в котором Гобино отмечает роль Азии в происхождении человеческой культуры («Всё, что мы мыслим и как мы мыслим, имеет своё происхождение в Азии»); роман «Плеяды» («Pléiades», 1874); сборник «Азиатские новеллы» («Les nouvelles asiatiques», 1876) – экзотические, причудливые, пряные образы Востока; исторические драмы «Савонарола» и «Цезарь Борджиа»; и уникальное произведение – исторические сцены «Возрождение» («La Renaissance», 1877), о котором следует сказать особо. Возрождение – эпоха открытия мира, природы и человека. Гуманисты Возрождения объявили высшей ценностью человеческую личность; они приравняли человека к Богу и поставили его на то место, которое в средневековой идеологии занимал Бог. О титанах Возрождения – Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэле, Тициане – Гобино пишет в жанре исторических сцен, в художественной форме, делая эти фигуры главными объектами эстетического анализа. По глубине анализа эпохи, времени, действия, образов Гобино предвосхитил таких выдающихся философов и культурологов, исследователей и знатоков эпохи Возрождения, как Я. Буркхардт, М. Дворжак, Э. Панофский. Произведениями Гобино в начале XX в. зачитывалась вся Европа, в наиболее образованных литературных кругах ими восхищались, например, Андре Жид, Марсель Пруст, Жан Кокто и Питирим Сорокин. В шестидесятые годы он замыслил трёхтомное исследование о человеческих расах, и замысел частично был реализован в первых двух томах – «История персов» (1869) и «История Оттара Ярла и его рода» (1880), третий том Гобино написать не успел: он умер в 1882 г. в Париже.

«Опыт о неравенстве человеческих рас» – основное сочинение Гобино, о котором его биограф М. Биддис сказал, что «оно превосходит “Майн Кампф” размером и мрачным величием». В преамбуле автор излагает суть своего исследования: «Я не ставил целью предсказать завтрашний день или отдалённое будущее. Я описываю обширные периоды времени. Я начинаю с первых на земле народов … Мыслю я только категориями столетий: одним словом, занимаюсь моральной геологией. В книге редко идёт речь о человеке, ещё реже о гражданине или подданном; часто, вернее всегда, о различных этнических группах, поскольку меня интересуют не случайные факторы национальности, ни даже существование государств, а расы, общества и цивилизации». Центральная проблема, которую Гобино ставит и стремится разрешить в своём труде – это проблема упадка и гибели различных цивилизаций. Расовое неравенство и вытекающая из него расовая борьба являются движущей силой культурного и социального развития народов. Он считал арийцев наиболее способной к развитию расой и сокрушался по поводу гибельного смешения кровей, приводящего к общему падению уровня цивилизации. Он гордился «научностью» своего труда, заявляя, что «продемонстрирует математическую истину». На самом деле в своём труде он опирался не столько на свои или заимствованные знания, а больше на свои чувства, настроения и увлечённость восточной экзотикой и монархизмом, а также презрением к демократии, революциям и простонародью. Падение цивилизаций – самый поразительный и в то же время наиболее непонятный из феноменов истории. Все цивилизации смертны, считает Гобино, и европейская цивилизация в этом отношении отличается от других только тем, что осознаёт неизбежность своей гибели. История цивилизаций – часть человеческой истории. По данным выдающегося английского мыслителя А. Тойнби, история человечества знала 21 цивилизацию, только 6 из них существуют в современном мире. Размышляя о причинах вырождения цивилизаций, Гобино задаётся вопросом: существуют ли серьёзные различия во внутренней ценности различных рас и можно ли их оценить? Здесь важно подчеркнуть, что изначально в концепции Гобино в качестве основного предмета рассмотрения и главного субъекта исторического процесса выступает раса, или, что для Гобино является синонимом, этническая группа, – так вот, учитывая элитистские и иерархические установки, заложенные в его мировоззрении, ответ, собственно, дан в самом заглавии его сочинения, где ключевое понятие – неравенство рас. Именно в сфере рас Гобино ищет решение проблемы вырождения цивилизаций. В этой связи вспоминается сказанное о Гобино и его доктрине великим русским философом Н. А. Бердяевым, который высоко ценил аристократизм духовной личности, гениев и выдающихся людей: «Настоящим основателем расовой теории был француз Гобино, тонкий мыслитель и писатель аристократического типа, которому чужд был грубый антисемитизм, как и вообще всякая грубость. Он был настоящий творец мифа об избранной арийской расе и великой миссии германцев, которые, впрочем, по его мнению, перестали быть чистой расой. Для него теория неравенства рас была прежде всего обоснованием аристократической идеи, оправданием аристократической культуры. Гобино, в отличие от современных германских расистов, был пессимистом и учил о необратимом декадансе рас и культур. <…> Теория Гобино в Германии подверглась огрублению. Процесс огрубления и вульгаризации пошёл ещё дальше, и в нашу эпоху теория, которая в своих истоках была аристократической, превратилась в плебейскую теорию, вдохновляющую массы» (Бердяев Н. А., «Философия свободного духа», М., 1994, с. 351). «Плод исторической эрудиции», как называл свой труд сам Гобино, неоднократно использовался в реакционных целях внутригосударственной и межгосударственной политики. Несмотря на то, что Гобино был противником колониализма, его тезисы служили средством обоснования колониальной экспансии. Нацисты и фашисты не стеснялись истолковывать концепцию Гобино в своих пропагандистских целях, давая её искажённую интерпретацию, – так же они поступали и с наследием Гёте, Шиллера, Ницше, немецкой классической философией и т. д. Тойнби писал: «Начав с педантичных выпадов против революционных и контрреволюционных политиков Франции и вооружившись “индоевропейской” гипотезой, Гобино разработал расовую теорию истории, которую он развил в блестяще написанной книге с провокационным названием “Опыт о неравенстве человеческих рас”. У теории Гобино были эпигоны, плагиаторы, популяризаторы, последователи, но никто не затмил её первоначального блеска и никто к ней не прибавил ни одной новой идеи, хотя желающих было много» (Тойнби А. Дж., «Постижение истории», М., 1991, с. 97).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/491