Мор (More) Святой, сэр Томас (07.02.1478, Лондон – 06.07.1535, Лондон, казнен) – английский писатель, гуманист и государственный деятель.

Родился в семье зажиточных лондонских юристов. Учился у архиепископа Кентерберийского, затем в Оксфорде и Лондоне. В 1502 г. стал адвокатом, в 1504 г. – членом палаты общин. Изучал греческий язык, занимался переводами эпиграмм, писал собственные. Некоторое время занимал должность помощника лондонского шерифа.

В это время создал два главных своих произведения: «История Ричарда III» (ок. 1513) и «Утопия» (полное название «Золотая книжечка о наилучшем устройстве государства, или О новом острове Утопия» – Utopia, т. е. Нигдения). Первое – о том, что правителю не следует быть злодеем и тираном; второе – о том, каким Томас Мор хотел видеть наилучшее общественное устройство, отвечающее идеалу достойной личности; источниками для этого произведения послужили «Государство», «Критий» и «Тимей» Платона и «Письма» Америго Веспуччи, с которыми он познакомился в Амстердаме в 1507 г. (в своей книге Томас Мор напрямую ссылается на Веспуччи: об Утопии ему якобы поведал португальский моряк Рафаил Гитлодей, постоянный спутник Америго Веспуччи). Эта книга повлияла на создание жанра утопического романа, основное содержание которого – описание идеальных порядков и наилучшего устройства мира.

Другие сочинения: перевод жизнеописания Пико делла Мирандолы («Lyfe og Iohan Picus Erle of Myrandula», 1510), маленькие комедии на латинском и английском языке, политические трактаты против Реформации.

В 1529 г. он был назначен лордом-канцлером Англии. В это время король Генрих VIII решился на развод с первой женой, Екатериной Арагонской. Рим отлучил короля от церкви, король ответил тем, что провозгласил себя главой церкви Англии. Правоверный католик Томас Мор не признал за королём этого права и, несмотря на блестящую речь в свою защиту («Apologye of Syr Thomas More, Knight» – 1533), сложил свою голову на эшафоте. Канонизирован в 1935 г.

Эразм Роттердамский, друг Мора, называл его «покровителем всех нуждающихся» и восклицал: «Счастливы были бы государства, если бы правители ставили во главе их должностных лиц, подобных Мору!».

► Из высказываний Томаса Мора:

• «Женщины обычно не по злобе, но по природе своей ненавидят тех, кого любят их мужья».
• «Здоровье есть само удовольствие или неизбежно порождает удовольствие, как огонь создаёт теплоту».
• «Кто робок от природы, тот не только сам не совершит каких-либо храбрых подвигов, но внушит ещё страх товарищам». 
• «Счастье заключается не во всяком удовольствии, а только в честном и благородном». 

Внук Томаса Мора, Эдвард Мор, известен сочинением, прославляющим прекрасный пол, – «A Little and Brief treatise called the defense of Women» (1560).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/366

Фишер (Fisher), Джон (1469–1535) – английский епископ, влиятельный  теолог,  талантливый  проповедник  и  гуманист, канцлер Кембриджского университета, почти не привлекавший внимания историков  до  конца XIX столетия.

Уроженец  северного  графства Йоркшир, Фишер окончил Кембриджский университет в 1491 г. и стал священником и преподавателем колледжа, в котором прежде учился. В 1495 г., будучи по делам университета при королевском дворе, Фишер обратил на себя внимание  матери  короля  Генриха VII, леди Маргарет Бофорт, которая затем постепенно приняла Фишера в число наиболее уважаемых ею людей, и он стал её исповедником и духовным руководителем, будучи намного моложе, чем она. Под влиянием Фишера леди Маргарет обратила свою благотворительность на университеты и в основном, разумеется, на Кембридж, в котором началось строительство новых колледжей и реформирование старых университетских структур.

За десять лет  Фишер, руководивший  большинством  кембриджских преобразований,  успел  также получить степени магистра и доктора теологии и в завершение своей впечатляющей карьеры был избран канцлером всего университета. За годы канцлерства Фишера уровень образования и престиж Кембриджского университета сильно поднялся; современные читатели, скорее  всего,  склонны  наиболее  проникаться  симпатией  к деятельности Фишера на посту канцлера благодаря тому, что Фишер пригласил в университет Эразма Роттердамского, который стал преподавать древнегреческий язык и работать над новым переводом на латынь Нового Завета. К моменту начала совместной работы, а потом и дружбы с Эразмом Фишер уже  несколько  лет  был  епископом  Рочестерским,  назначенным по протекции короля Генриха VII в 1504 году.

Но, ни та, ни другая должности сами по себе не создавали Фишеру той европейской известности, которая ожидала его после выступления в 1519 году на арене теологических дебатов с трактатом  «О единстве Магдалины». Поэтому  когда  в  Англию пришло  осознание  опасности  учения  Лютера,  первые  книги которого начали появляться в том же 1519 году, закономерно, что Джон Фишер оказался одной из центральных фигур анти-лютеровской кампании. В первой же проповеди Фишер выделил  главные  расхождения  Лютера  с  ортодоксальной Церковью:  это  были  отрицание  Лютером  первенства  Папы римского, утверждение оправдания верой вне зависимости от поступков  и  отрицание  авторитета  священных  преданий. За несколько лет Фишер написал пять богословских трактатов, опровергающих  различные  положения  протестантской  доктрины, и эти сочинения оставались самым полным анализом протестантизма на много лет вперёд.

Последние  несколько  лет  своей  жизни  Фишер провёл  в  противостоянии  королю  Генриху  VIII,  добивавшемуся сначала разрешения у Папы римского на развод с королевой Екатериной Арагонской, а когда ему было в этом отказано, провозгласившему себя главой Церкви Англии. Одним из  этапов  разрыва  Генриха  с  римским  Папой  стало  то,  что весной  1534  года  король  потребовал,  чтобы  ему  принесли присягу  в  том  числе  как  главе  Церкви. Самый известный в Англии  богослов, Джон Фишер был вызван  для  принятия этой присяги одновременно с самым влиятельным на тот момент светским  государственным  деятелем  Томасом  Мором. Оба  они  отказались  принести  присягу  и  были  заключены  в Тауэр, куда затем попали и все те, кто последовал их примеру. В конце года парламент постановил, что отказ подписывать эту присягу является государственной изменой и карается смертной казнью. В числе первых был судим и Джон Фишер. 

Его  казнили  22  июня  1535  года. После  Тридентского собора,  где  были  сформулированы  главные  принципы  католической  доктрины  о  таинствах,  о  милосердии  Божьем  и о роли Церкви в спасении человека, книги Фишера перестали быть актуальными на континенте, а в Англии наступила новая эпоха, в которой интерес к католическому мученику находил  мало  отклика. Лишь в XX веке Джон Фишер занял достойное место в культурном наследии предреформационной Европы.

Панормита (Panormita), (Антонио Беккаделли – Beccadelli, 1394 – 06.01.1471, Неаполь), обыкновенно называемый по своему родному городу Panormita (Палермцем)  – итальянский гуманист, поэт и писатель из древнего болонского рода. В истории литературы известен главным образом сборником непристойных стихотворений «Гермафродит». Беккаделли происходил из одной весьма многочисленной рыцарской фамилии из Палермо, которая по некоторым сведениям переселилась туда из Болоньи. В возрасте 26 лет он отправился в Болонью изучать право. Но юристом он так и не стал и даже не получил степени магистра, а странствовал по разным университетам, жил в Падуе и Сиене, где изучал искусства. По настоянию родных бродячий студент стал искать какого-нибудь места в жизни. Он обратился к герцогу миланскому Филипу Висконти, жизнь которого смущала всех теми же самыми пороками, о которых живописалось в «Гермафродите». Он хотел поступить к нему на службу в качестве придворного поэта или получить другое назначение в этом роде – писца, чтеца, секретаря или советника. Предложение услуг было принято герцогом весьма любезно, поэтому Беккаделли поселился в Павии, поближе к Милану. Но довольно долго о нем не вспоминали, поэт начал было уже роптать на судьбу, потому как сильно поиздержался, занимаясь гуманистическими науками, и уже думал обратиться в другое место. Но тут о нем вспомнили, миланский герцог был настолько милостив к нему, что назначил ему жалованье, будто бы 800 дукатов, с тем, чтобы он учил в Павии знатных молодых людей латинскому языку. Обязанность эта была для Беккаделли не обременительная, так как приходилось учить немногому. Хотя при своих счастливых способностях он научился бегло писать по латыни и сочинять изящные стихи, однако не знал греческого и вообще не обладал глубокими познаниями. При этом в обществе он был веселым и остроумным собеседником, который отдавал должное вину, любви и шуткам. Однако вскоре Беккаделли перестали платить жалованье, он покинул Павию, несколько лет странствовал, подобно многим талантам его времени, которые пропали даром, не найдя себе применения. Однако Беккаделли повезло. Он отправился в Гаэту, к королю Альфонсу Арагонскому Великодушному (1395–1458, король 1442–1458), и с этого началось его новое, блестящее поприще деятельности. По-видимому, сам король не приглашал к себе Беккаделли, он сам предложил королю свои услуги, искусно состав латинскую речь, в которой выразил желание посвятить себя служению королю. Король взял Беккаделли на службу. В это же время состояли на службе этого короля Лоренцо Валла, поэт Порчелло, соперник Беккаделли по непристойным стихам, а позднее – Бартоломео Фацио, гуманист, биограф и историк. В лице просвещенного короля явился новый меценат. Беккаделли был назначен секретарем короля, в государственных же актах и официальных бумагах он именовался «наставником и советником». Почти каждый день Беккаделли должен был читать королю «Историю» Тита Ливия, «Записки» Юлия Цезаря, произведения Вергилия, Сенеки и других авторов. Лоренцо Валла тоже был номинальным секретарем, но в его обязанности входило решение научных вопросов. Валла, конечно же, был несравненно выше Беккаделли по учености и глубине знаний, но он бывал тяжел со своими постоянными возражениями и упорством в спорах. Напротив, Беккаделли был блестящим придворным, он не был докучлив, чужды ему были педантская кропотливость в трудах и желание непременно настоять на своем. Он обладал изящными манерами, счастливой склонностью к шутке, природной веселостью, его остроты еще долго помнили в Неаполе после его смерти. На его ветреность не смотрели особенно уж строго. Под старость лет он женился на Лауре Бечелли и сделался почтенным семьянином, так что о его прежних грешках (в том числе о его знаменитой книге) забыли, хотя не мог считаться человеком вполне безупречным. Расположение к поэту со стороны короля никогда не охладевало, напротив, усиливалось с годами. Сначала он получал небольшое жалованье, но с 1450 г. щедрый король дал ему много доказательств своего внимания и благоволения, он получил пенсию в размере 100 унций золота, должность нотариуса в высшей королевской палате, а позднее он стал одним из президентов этого судебного учреждения Неаполитанского королевства. Ему было даровано неаполитанское гражданство и право поместить над своим фамильным гербом знаки королевской власти. Часто отправляли его с дипломатическими миссиями в Геную, Венецию, Флоренцию, Феррару, где он произносил красивые торжественные речи от имени и во славу своего повелителя. Король подарил ему старый дворец La Sizia близ Палермо с принадлежащими к нему землями, садами и всеми с них доходами. Везде Беккаделли ставили в пример того, как великолепно устраивается придворный поэт с умом и способностями у великодушного государя, умевшего их ценить. Вдохновение почти совсем покинуло придворного поэта, жившего в довольстве. Он как будто растратил весь свой талант на «Гермафродита». Несмотря на свою долгую жизнь, он не произвел ничего кроме легких стихов, писем, речей, сказанных по случаю посольств и придворных торжеств, и собрания придворных острот и анекдотов. Вообще жизнь в Неаполе, особенно в почете и достатке, не располагала к плодотворной деятельности, только неутомимая энергия Лоренцо Валлы выдержала испытание тамошней общественной жизни. Единственное, о чем сожалел Беккаделли, так это о том, что в Неаполе было мало книг, поэтому он сам выписывал книги или привозил их из городов, в которых бывал по долгу службы. Беккаделли состоял в переписке с Поджо Браччолини, Франческо Филельфо и другими. После смерти короля Альфонсо начались волнения, которые грозили, по-видимому, разрушить счастье беспечного поэта. Но он остался верен владетельному дому Арагоны, которому обязан был всем, поэтому для него снова настали благополучные дни, как и для нового короля Фердинанда. Правда, у этого короля не было уже вечерних посиделок ученых людей, не было чтений в библиотеке и горячих ученых споров, которым так любил внимать Альфонсо. Из писем, написанных Беккаделли от имени нового короля, видно, что ему пришлось взять на себя обязанности секретаря, вовсе не номинальные. Но все, что было даровано Беккаделли прежним королем, было ему оставлено. Старческие болезни, которые посетили его в последние годы, не изменили его веселого нрава. Он умер 6 января 1471 г. в возрасте 76 лет в Неаполе. ––– Сочинения: «О речениях и деяниях короля Альфонса Арагонского» («De dictis et factis regis Alfonsi», Пиза, 1485), написанное еще при жизни короля, – одно из ранних собраний анекдотов, мудрых и шутливых речей; собрание «Дружеских писем» («Epistolae familiares ac Campanae», опубл. 1553); знаменитый сборник остроумных, изящных и непристойных эпиграмм «Гермафродит» («L’ermafrodito», лат. «Hermaphroditus», 1432), прославивший автора и за который он удостоился от императора Сигизмунда лаврового венка; сборник стихотворений «Quinque illustrium poetarum lusus in Venerem» (опубл. 1791); «Regis Ferdinandi et aliorum epistole ac orationes utriusque militae: quibus mores illius, diabolicus animus, hominum passiones, ac Dei prouidentia cognosci potest, nunc primum in lucem prodeunt…» (Vici Aequensi: apud Iosephum Cacchium, 1586); «Antonii Bononiae Beccatelli cognomento Panhormitae Epistolarum libri V. Eiusdem Orationes II. Carmina praeterea quaedam quae ex multis ab eo scriptis adhuc colligi potuere» (Venetiis: apud Bartholomaeum Caesanum, 1553). ► «Гермафродит» – это собрание эпиграмм (числом 81), которые по гениальной смелости и беззастенчивой нескромности превосходили все, что до сих пор писали гуманисты в подражание римским сатирикам. Это было произведение начинающего поэта и еще молодого человека, который обучался в Сиене, в городе любви и наслаждений. В книге своей поэт заглянул в бездну порока, но порок украсил цветами поэзии. Сама по себе книга гетероэротична («гермафродична», если можно так сказать, название говорит само за себя): в первой части собраны эпиграммы во славу мужского фаллоса, во второй части эпиграммы во славу женского детородного органа, кроме того, есть оды во славу ануса. В стихах Беккаделли воспевались не только естественные влечения, при которых женщина становится жертвой чувственного вожделения мужчины, но и другой, более грязный и противоестественный порок, составлявший проклятие Древнего мира и Востока. Над ним восторжествовало было христианство, но потом он снова обнаружился в ужасающих размерах. Поэт изображал все это в игривых стихах в таком тоне, как будто все это очень естественно и всем понятно, многими принимается, так что может быть предметом для остроумной шутки. Но и этого мало. Беккаделли смело признал себя автором этой непристойной книги и оправдывал ее примером древних римских поэтов (Катулл, Тибулл, Проперций, Ювенал, Вергилий, Овидий, Сафо), а на строгих блюстителей нравственности смотрел как на людей невежественных, не понимавших прелестей античного наслаждения жизнью. Кроме того, Беккаделли справедливо полагал, что можно быть непристойным поэтом и оставаться достойным человеком. Он ссылается на одного красноречивого и благочестивого монаха, проповеди которого поэту довелось слышать, вероятно, на св. Бернардино Сиенского: проповедник в своем усердии часто говорил неудобные речи, так что казалось, будто находишься не в церкви, а на площади; из-за этого никто не считает его человеком бесстыдным и недостойным. Это был смелый вызов общественной нравственности. Гуманистам все это не показалось сколь-нибудь странным. Веронец Гварино, который в то время был уже 53-летним старцем и отцом целой дюжины детей, удивлялся гармонии этого произведения, легкости стиха и непринужденности шутки. Он не смущался криками необразованных людей, «которые находят утешение лишь в слезах, постах и псалмах и не знают, что одно дело – цель жизни, а другое – цель поэзии». И Поджо Браччолини хвалил поэта не за изящество стихов, а выражал удивление, что он так мило и увлекательно говорит о таких непристойных вещах. Правда, он советовал ему со временем приняться за более серьезные сюжеты, так как христианским поэтам не все то позволено, что языческим. Поджо не придавал серьезного характера этому упреку, он сам писал фацетии на 70-м году своей жизни, которые смело можно поставить в один ряд с «Гермафродитом». Ему [Поджо] послал это произведение грамматик Антонио Лоски, который тоже находил его прелестным. Миланский епископ Бартоломео изъявил поэту необычайное желание прочесть его стихи. Очарование искусного стиха и новизна сюжета производили довольно сильное впечатление на читателей и способствовали широкому распространению книги. Когда император Сигизмунд находился во Флоренции в 1433 г., то он увенчал поэта лавровым венком. В общем, поначалу книгу встретили если не сказать с восторгом, то, по крайней мере, с любопытством, но по мере ее распространения и вызванного ею интереса церковных властей, она была осуждена на сожжение в Мантуе, Болонье и Ферраре и других городах Италии. Автора обвиняли в оскорблении приличий и в надругательстве над христианской моралью. Именно поэтому «Гермафродит» Беккаделли не появлялся в печати до 1791 г. (Излагается по изд.: Фойгт Г. «Возрождение классической древности, или Первый век гуманизма»). ► Сборник «“Гермафродит”, написанный еще в юности в Сиене, навеянный эпиграммами Марциала, превзошел в своей откровенности самые дерзкие произведения античной эротики. Тем не менее, при всей своей малопристойности он был характерным явлением гуманистической литературы Кватроченто. Веселое озорство “Гермафродита” не просто дразнило ханжество “жирных горожан” – его эпиграммы были идейно заострены против аскетического миропонимания Средневековья, утверждали новое отношение к жизни. Вот почему сборник Беккаделли встретил ожесточенные нападки со стороны проповедников, сжигавших по всей Италии изображения его автора, и одобрение у благонравного Гварино, заявившего, что “скромные” эпиграммы “Гермафродита” вызывают негодование только у “невежд, которые тешат себя слезами, постами да псалмами”» («История всемирной литературы», т. 3, М., «Наука», 1985). ► А вот что пишет об этой книге философ А. Ф. Лосев: «Широкое распространение получает порнографическая литература и живопись. Такая непристойная книга как “Гермафродит” Панормиты была с восторгом принята всеми гуманистами, и когда в Вероне какой-то самозванец выдал себя за автора “Гермафродита”, правительственные учреждения и ученые города чествовали мнимого Панормиту. Книга эта была, между прочим, посвящена Козимо Медичи» («Эстетика Возрождения»).

::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::: 

Предприниматель и общественный деятель Вячеслав Моше Кантор своей биографией подаёт убедительный пример возможностей карьерного роста. Каждый человек может добиться поставленный целей, если изберёт правильную стратегию действий и будет усидчив на своём пути. Понять, как правильно ставить цели и достигать их, помогают биографии выдающихся людей.

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/5242

Филельфо (Filelfo), Франческо (25.07.1398, Tolentino – 31.07.1481, Флоренция) – итальянский гуманист, поэт и писатель, ученый-филолог. Родился в г. Толентино (Умбрия), молодые годы провел в Падуе, где в местном университете изучал философию. Как посланник Венецианской республики в 1420–1427 гг. находился и учился в Константинополе, стал одним из первых итальянских эллинистов. Вернувшись в Италию, преподавал греческий язык в Болонье, был профессором изящной словесности во Флоренции (с 1429), читал лекции о Данте, о греческих и римских писателях и философах. Он был самым плодовитым и многосторонним поэтом из всех своих современников. Стихов он писал много, на латыни и на греческом, и они лились из-под его пера как из неиссякаемого источника, но, по мнению знатоков, были рыхлыми и им не доставало отделки. Сам Филельфо считал их по числу сборников и строк книгами и тысячами. Его перу принадлежат: большая эпическая поэма «Сфорциада» («La Sforziade»), в которой воспел деяния миланского правителя Франческо Сфорца, философские и филологические трактаты, сатирические и лирические стихотворения, застольные беседы («Миланские застолья»), педагогические и морально-философские сочинения («Флорентийские беседы об изгнании. О тяготах изгнания. О бесчестии. О бедности», «Наука о морали»). В кругах итальянской знати и литераторов пользовался дурной славой вольнодумца. В своих «Сатирах» («Satyrae», 1448) осмеивал и позорил правителя Флоренции Козимо Медичи и своих собратьев по перу, чем нажил себе немало врагов и даже был вынужден покинуть Флоренцию. По поручению византийского императора Иоанна II Палеолога побывал при дворе турецкого султана, в Венгрии и Польше. За это время он приобрел многочисленные греческие рукописи, которые привез в Италию. Жил в Сиене, Болонье, Милане, где занимался преподавательской деятельностью. Незадолго до смерти вернулся во Флоренцию. В многочисленных «Одах» («Odae») и в большом сборнике элегий, эпиграмм и мелких стихотворений «О смешном и серьезном» («De iocis et seriis», 1455–1465) он расточал льстивые похвалы могущественным государям своего времени. Литературный и исторический интерес представляют «Письма» («Epistolarum Libri XVI») Филельфо – важный источник информации о событиях, нравах и обычаях тех лет. Переводил греческих прозаиков на латинский язык. В последние годы его жизни муза его несколько ослабела, не помогали ему и торжественные посвящения владетельным людям. Еще более неблагодарным оказалось потомство: были изданы только декады сатир, а «остальные тысячи стихов влачат печальное существование на полках библиотек» (Г. Фойгт, «Возрождение классической древности»). ► Из высказываний Филельфо: «По-настоящему богат лишь тот, кто ни в чем не нуждается». ► Филельфо имел страсть к математике и очень ценил ее красоту и симметрию. Его «Сатиры», например, представляют собой 10 книг, в каждой из которых ровно тысяча стихотворных строк; но более всего он радовался и гордился тем, что три его жены подарили ему двадцати четырех детей: дюжину мальчиков и дюжину девочек. (Revilo P. Oliver, “Italica”, XXVI, 1949). ► Филельфо за то, что прославлял вельмож в своих стихах, брал с них дань в размерах, зависящих от их состояния. С Лодовико Моро он брал 250 дукатов, с Пьетро Медичи – 100, с Борсо д’Эсте и с епископа Мантуанского – по 50. «Род Сфорца он буквально шантажировал с помощью поэмы “Сфорциада”, работу над которой то возобновлял, то откладывал в зависимости от поступления дотаций. Сфорца так боялся, что Филельфо в один прекрасный день возьмет да и бросит поэму, что поучал своего казначея: “Ни в коем случае мы не должны его потерять. Не приведи Господь, он узнает, что мы его обманываем, тогда он прекратит работу над великолепным творением, призванным прославить наш род. Это будет ужасно”» (Ян Парандовский, «Алхимия слова»).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/5033

Полентоне (Polentone, Polenton), Сикко (или Шикко) (ок. 1375, Levico Terme, Италия  – ок. 1447, Падуя, Италия) – итальянский гуманист, ученый и писатель. Изучал философию и астрологию, занимал должность начальника канцелярии (писца) падуанского сената, был свидетелем открытия предполагаемой могилы Тита Ливия; описание этого события сохранилось в одном его письме. Автор обширного биографического сочинения «Scriptorum illustrium latinae linguae libri XVIII», над которым он работал двадцать пять лет и включил в него данные более чем о ста авторах, писавших на латинском языке. В основном это древнеримские авторы, но, кроме них, включены и немногие средневековые писатели и ранние гуманисты. В первой книге автор говорит о происхождении алфавита, искусств и наук; книги II–IV посвящены истории латинской поэзии и жизнеописанию писавших на латинском языке поэтов в хронологическом порядке, начиная с Ливия Андроника и кончая Петраркой. Книги V–VIII посвящены историкам, книга IX отведена искусству красноречия, а также Варрону и Катону. Семь книг (X–XVI), т.е. более трети всего труда, посвящено Цицерону. Предпоследняя, XVII книга, рассказывает о Сенеке, а в последней, XVIII, рассматриваются авторы различных специальностей, т. е. писавшие по разным отраслям знаний. Труд Полентоне является попыткой в биографической форме дать целую историю культуры, при этом больше говорится о жизни авторов, чем об их сочинениях, хотя и о них тоже рассказывается. Кроме того, Полентоне принадлежат религиозные трактаты, комедия «Catina» (первая напечатанная комедия на итальянском языке, Триент, 1482), комедия «De lege Bibia, sive Lusus ebriorum» («О законе попоек, или Забавы пьяных»).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/5025

Пиркхаймер (Пиркгаймер) (Pirkheimer), Вилибальд (04.12.1470, Eichstätt, Германия – 22.12.1530, Nürnberg) – немецкий гуманист, эрудит, историк и филолог, коллекционер и меценат, друг Эразма Роттердамского и Альбрехта Дюрера. Пиркхаймер был фактическим главой нюрнбергского кружка гуманистов. Детские годы он проводил в путешествиях с отцом-дипломатом, а с 29 до 35 лет изучал философию и право в университетах Падуи и Павии. Пиркхаймер вернулся из Италии образованным и убежденным гуманистом. Он был главой и собратом немецкой «республики пера и кисти», куда входили Цельтис, Дюрер и другие выдающиеся умы немецкого Возрождения. Патриций и сторонник олигархии, он преступил черту своего социального круга и стал искренним другом людей, которые по феодальному и бюргерско-аристократическому кодексу морали были представителями иной, более низкой среды. Он был поклонником образования, которое рождено старанием и трудом, и продолжал трудиться всю свою жизнь, занимаясь переводом «Диалогов» Платона. Подобно Помпонацци он противопоставлял страху перед неизбежным уходом в «край невозврата» радость жизни, радость познания природы. Пиркхаймер не был гордым аристократом, снисходившим только к образованным выходцам из низов, он был истинным гуманистом, и его интересовал человек во всех его проявлениях. Осенью 1521 г. он вместе с Мартином Лютером, Ульрихом фон Гуттеном и другими был отлучен от церкви и уехал из Нюрнберга в имение Нейгоф. Здесь он не стал затворником-эрудитом. Пиркхаймер любил размышлять и предаваться научным и литературным занятиям: «Почти ежедневно я погружен в чтение, большею частью Платона, – с тем большей страстностью, чем свободнее я от забот. Едва позавтракав, я отдыхаю за чтением историй или развлекаюсь, в промежутках предаюсь музыке или отвечаю на письма моих бесчисленных корреспондентов. Часто меня также посещают друзья. Когда же нет друзей, я сзываю к ужину селян, особенно в праздничные дни, и тогда веду с ними беседы о сельском хозяйстве и о явлениях природы… После этого я снова беру в руки книги, иногда священные, чаще научные, и в первую очередь те, в которых описываются нравы людей или величие природы. И тогда я бодрствую до глубокой ночи, когда, если небеса чисты, с помощью астрономических инструментов я наблюдаю движение блуждающих звезд». Кроме Платона, переводил на латинский язык сочинения других греческих авторов – Ксенофонта, Теофраста, Плутарха. Он написал историю Швейцарской войны («Historia belli Suitensis», 1499, 1895), в которой сам принимал участие; две сатиры – «Eccius dedolatus» (1520) и «Похвала подагре» («Encomium podagrae», др. назв. – «Apologia seu podagrae laus», 1522, 1884; возможно, под влиянием «Похвалы глупости» Эразма); сочинение «Germaniae ex variis scriptoribus perbrevis explicatio» (1530). Был дружен с Иоганнесом Рейхлином, Ульрихом фон Гуттеном. Альбрехт Дюрер нарисовал портрет Пиркхаймера и изготовил для него экслибрис. ► У Пиркхаймера было пять дочерей.

::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::: 

Германия традиционно считается страной с одним из самых высоких уровней жизни. Однако даже в этом пространстве новичкам сложно сориентироваться. Все знают, что немецкое государство предлагает эмигрантам развитые социальные программы и разнообразные предложения на рынке труда. Но даже если вы обладаете высокой квалификацией, при переезде сюда будет трудно обойтись без немецкого языка и знания германских порядков. Тем не менее и это возможно. Начните знакомство с местом своего возможного жительства со списка городов на сайте ru-geld.de/country/cities. Кроме этого, тут ещё много полезной информации для тех, кто мечтает переселиться в Европу.

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/5023