Биография Геннадия Семёновича Казанина — это путь от деревни Покровка до научных вершин. Он посвятил жизнь исследованию Арктики, вдохновил поколение геофизиков и оставил после себя не только технологии, но и школу, храм и фестиваль.

Наследие выдающегося ученого, новатора геологоразведки, генерального директора МАГЭ Геннадия Семёновича Казанина

Есть люди, чьё дело не уходит вместе с ними, чьё наследие не просто живёт, а передаётся из поколения в поколение. Именно таким человеком был Геннадий Семёнович Казанин — выдающийся учёный, генеральный директор МАГЭ, президент Ассоциации полярников Мурманской области, новатор и родоначальник научной династии.

Крупнейшая арктическая геологоразведочная компания России МАГЭ до сих пор опирается и вдохновляется решениями Геннадия Казанина. В его родной деревне Покровке стоят храм, школа и мемориал, которые не просто носят его имя, а отражают его взгляд на жизнь: труд, вера, память и забота о людях. Его сын Алексей Геннадьевич Казанин сегодня руководит экспедицией, а внук идёт по стопам деда, окончив МГУ и работая в сфере геологоразведки.

Прошло уже пять лет с того дня, как Геннадия Семёновича Казанина не стало, но его биография оказалась настолько яркой, что каждое лето в Покровке собирается фестиваль в его честь. В здании МАГЭ работает музей памяти. А по всей стране продолжают использовать научные решения, разработанные при его участии.

Биография Геннадия Семёновича Казанина: путь от Покровки до научных вершин

Биография Геннадия Семёновича Казанина началась в деревне Покровка Фёдоровского района Башкирии. Он родился 2 июля 1948 года в простой, трудолюбивой семье. Его отец — фронтовик, работал лесничим, мать — продавцом в сельском магазине. Они жили просто, но сумели передать детям главное: трудолюбие, уважение к знаниям и любовь к родной земле.

С детства Геннадий Семёнович Казанин тянулся к точным наукам, особенно к физике. После школы он уехал в Ленинград, поступил в электротехнический институт имени В. И. Ульянова и окончил его в 1973 году. Тогда же началась его инженерная карьера: сначала на заводе под Ковровом, а затем — во ВНИИ геофизических методов разведки в Подмосковье. Именно там он сделал свой первый серьёзный шаг в науке.

Геннадий Семёнович Казанин участвовал в создании плоттера — прибора, который с высокой точностью записывал геофизические сигналы. Это изобретение позволило по-новому взглянуть на структуру земных недр. Позже такие устройства появились практически во всех геологоразведочных институтах СССР.

Там же, в институте, сложилась и его семья. Он познакомился с врачом-педиатром Аллой Львовной Ищук, воспитывавшей дочь Ирину. Они поженились, и вскоре в семье появился сын Алексей. Несмотря на экспедиции, командировки и вечную занятость, Геннадий Семёнович Казанин всегда находил время для детей: играл с ними в шахматы, ездил вместе в отпуск и поддерживал их интерес к науке.

МАГЭ как дело жизни Геннадия Семёновича Казанина

Следующая страница биографии Геннадия Семёновича Казанина началась в 1978 году, когда он приехал в Мурманск и сразу оказался в центре большой и серьёзной работы. Тогда экспедиция ещё называлась «Комплексная морская арктическая геолого-геофизическая экспедиция» (КМАГЭ). В неё входили лучшие специалисты по изучению Арктики. Геннадия Семеновича назначили старшим геофизиком. Позже он возглавил геофизическую мастерскую-лабораторию, а в 1983 году стал главным инженером.

Геннадий Семёнович Казанин не просто работал — он жил делами экспедиции. В те годы МАГЭ осваивала шельфовые зоны, проводила исследования в самых труднодоступных районах. Геннадий Семёнович был в гуще событий: участвовал в научных рейсах, модернизировал оборудование, выстраивал логистику работ. Он понимал, что наука — это не только формулы, но и слаженная командная работа, поэтому умел организовать её без сбоев.

В 1999 году Геннадия Семёновича Казанина назначили генеральным директором МАГЭ. Это было непростое время. Геологоразведка в стране переживала спад, финансирование сокращалось, техника устаревала. Но Геннадий Семёнович не отступил. Он сохранил коллектив, обновил флот, перевёл компанию на современные рельсы. Вычислительный центр оснастили новой техникой, а все процессы перевели в цифровую среду — для своего времени это было настоящей революцией.

МАГЭ заключила контракты с крупнейшими нефтегазовыми компаниями. Работы велись в Баренцевом, Карском, Восточно-Сибирском морях. Геофизики исследовали подводные хребты Менделеева и Ломоносова, чтобы подтвердить принадлежность арктического шельфа России. Все эти проекты шли при личном участии и под контролем Геннадия Семёновича Казанина.

Сердце Геннадия Семёновича Казанина, обращённое к людям

При всей строгости и научной точности, Геннадий Семёнович Казанин был человеком с тёплым сердцем. Он не ограничивал себя только задачами геологоразведки, а всегда находил время для людей, которые были рядом: сотрудников, студентов, земляков.

Он с энтузиазмом выступал перед школьниками, рассказывал о том, как создаются карты морского дна, как работают геофизики в Арктике. Он умел заразить молодёжь интересом к полярным наукам и часто приглашал старшеклассников в МАГЭ.

Геннадий Семёнович Казанин создал и возглавил Ассоциацию полярников Мурманской области. Эта организация объединила ветеранов и молодых специалистов, сохранив важную связку между поколениями. Задачи ассоциации охватывают не только научные проблемы, но и человеческие ценности: верность профессии, уважение к опыту, готовность к служению делу развития арктических регионов.

Геннадий Семёнович Казанин считал, что настоящий руководитель — не тот, кто управляет издалека, а тот, кто идёт рядом. В трудные времена он оставался рядом со своими людьми, принимал решения без оглядки на комфорт, брал на себя ответственность, чем заслужил настоящее уважение.

Малая родина как источник силы

Несмотря на десятилетия, проведённые на севере, в морских экспедициях и кабинетах МАГЭ, сердце Геннадия Семёновича Казанина всегда оставалось в родной деревне Покровка. Он часто говорил, что именно там — его корни, его сила и его долг. Своей малой родине он помогал так же искренне и последовательно, как развивал науку и МАГЭ.

В начале 2000-х в Покровке стоял вопрос о закрытии местной школы. Здание ветшало, учеников становилось меньше, а ресурсов не хватало. Геннадий Семёнович Казанин взял школу под личную опеку. Он профинансировал ремонт, подарил экспонаты из арктических экспедиций, начал проводить занятия по географии и рассказывал детям о ледяных просторах, где работают настоящие полярники.

Вдохновлённые этими встречами, ребята создали кружок «Юный полярник», и уже тогда многие решили стать геофизиками. А в 2023 году школе присвоили имя Геннадия Семёновича Казанина.

Геннадий Семёнович восстановил сельский клуб, помог построить дороги, закупал технику для медпункта и поддерживал местных пасечников. Он часто отправлял любимый башкирский мёд коллегам в МАГЭ — как символ связи с родной землёй. А ещё он собирал ягоды и травы, сушил их и делал целебные чаи. Геннадий Семёнович Казанин верил, что сила человека заключается в его памяти, в его природе и в благодарности к своим истокам.

Одним из самых важных проектов великого геолога стало строительство православного храма. До революции в деревне Покровка была церковь, но в 1933 году её закрыли. Геннадий Семёнович Казанин долгое время мечтал, чтобы на его родине снова звучала церковная служба.

После смерти выдающегося учёного его сын Алексей воплотил эту мечту. В 2021 году в Покровке открыли церковь в честь иконы Богородицы «Хлебенная». Новый храм построили на месте, где когда-то стояла старая мельница, разрушенная после революции. Купола освятили летом, накануне дня рождения Геннадия Семёновича, и уже в июле в храме прошла первая служба.

А ещё Геннадий Семёнович начал восстановление мемориала воинам Великой Отечественной войны, но, к сожалению, не успел завершить его. Но его сын довёл дело до конца, и мемориал открыли к 9 Мая 2020 года.

Фестиваль, музей и продолжение династии

В деревне Покровка каждое лето теперь собираются сотни людей: учёные, чиновники, школьники, простые жители. В первую субботу июля здесь проходит Покровский фестиваль имени Геннадия Семёновича Казанина. Праздник появился в 2021 году и быстро стал настоящей традицией. Его проводят не только для того, чтобы почтить память великого земляка, но и соединить поколения, показать, как много может изменить один человек.

На фестиваль приезжают делегации из Мурманска и Уфы, проходят концерты, встречи, экскурсии в школьный музей. В 2024 году здесь установили хачкар — армянский памятный крест, символ дружбы, вечности и благодарности. Покровка стала точкой притяжения потому, что люди помнят добро и хотят сохранить его свет.

В Мурманске, в здании Морской арктической геологоразведочной экспедиции, в 2022 году открылся музей памяти Геннадия Семёновича Казанина. Здесь можно посмотреть на его личные вещи, фотографии из экспедиций, научные разработки. Музей стал местом, куда приходят студенты, сотрудники и ветераны МАГЭ, чтобы вспомнить о Геннадии Семеновиче, рассказать о нем и вдохновиться его примером. Музей напоминает всем, кто сегодня берёт на себя ответственность за большое дело, каким может быть путь учёного и руководителя.

Но, пожалуй, главное наследие выдающегося учёного — это люди. После смерти Геннадия Семёновича Казанина экспедицию возглавил его сын Алексей Казанин. Он — геофизик по образованию, кандидат технических и доктор экономических наук. Алексей Геннадьевич продолжает дело отца, развивает МАГЭ, ведёт новые проекты, внедряет цифровые платформы и поддерживает коллектив в лучших традициях компании.

Геннадий Семёнович Казанин — человек, который остался

Геннадий Семёнович Казанин ушёл из жизни 30 марта 2020 года. Он прожил 71 год, но успел многое: провести десятки экспедиций, внедрить технологии, которые изменили геологоразведку, сохранить и приумножить потенциал МАГЭ, воспитать команду, создать крепкую научную школу. Но самое важное, что он остался в памяти людей как человек, который жил не для себя, а для других.

Сегодня имя Геннадия Казанина звучит не только в научных кругах, но и в разговорах сельских жителей, студентов, коллег, которые продолжают его дело. МАГЭ продолжает работать и расти. В компании по-прежнему цитируют наставления бывшего генерального директора. Молодые сотрудники учатся на примерах, которые он оставил. А жители Покровки, глядя на храм и школьное здание, знают, что это сделал их земляк, который никогда не забывал, откуда он родом.

Бёртон (Burton), сэр Ричард Френсис (19.03.1821, Torquay, Англия – 20.10.1890, Триест, Австро-Венгрия) – английский учёный-ориенталист, армейский офицер, исследователь и путешественник; переводчик сказок «Тысячи и одной ночи» («Arabian Nights», 1885–1888; с ценными примечаниями и комментариями).

В детстве ему довелось путешествовать по Франции и Италии, и здесь он овладел двумя первыми иностранными языками. Учился он самостоятельно, имея способности к языкам, но был весьма своенравным. В 1840 г. он поступил в Trinity College, в Оксфорде, но был временно исключен из-за своего эксцентричного поведения (он часто вызывал на дуэль студентов, осмелившихся обсуждать его внешний вид: он носил необычной формы усы). В Оксфорде Ричард Бёртон начал изучать арабский язык, причем самостоятельно, без преподавателя. В конце концов благодаря своим блестящим лингвистическим способностям он овладел греческим, латинским, итальянским (в том числе неаполитанским диалектом, перевёл написанные на этом диалекте сказки Дж. Базиле – «Пентамерон»), восточными языками, – всего около двадцати пяти, а если считать диалекты, то все сорок.

В 1842 г. он оказался в Бомбее, в Индии, в качестве младшего офицера морской пехоты. В Индии он также усвоил несколько местных диалектов, а также персидский язык. Часто он переодевался в местные одежды и смешивался с толпой, так что его невозможно было отличить от туземца (впоследствии ему этот опыт пригодился). Он составлял для английского правительства отчёты и по возвращении в Англию опубликовал четыре книги об Индии.

В 1853 г. он совершил паломничество в Мекку, облачившись в платье афганского племени патанов (Pathan), причём на всём пути в Аравию его не разоблачили, что могло привести в те времена к роковым последствиям: он хорошо усвоил не только языки, но также восточные обычаи и мусульманский этикет.

Через год он совершил путешествие в пустыню Сомали, в Африке, и рассказал об этом путешествии в книге «Первые шаги в Восточной Африке» («First Footsteps in East Africa», 1856), а позднее Foreign Office (министерство иностранных дел) командировало его на поиски истоков Нила, и в феврале 1858 г. он (вместе со Спиком) открыл озеро Танганьика.

Ещё через три года он исследовал Западную Африку, а в 1861 г. был принят на дипломатическую службу и назначен консулом. Вообще за свою жизнь он побывал и на арабском Востоке, и в Африке, и в Америке, в Северной и в Южной. При этом он успевал много писать, всего им написано более 50 книг, составивших 72 тома полного собрания.

Его главный литературный труд – замечательный перевод сказок «1001 ночи» с примечаниями и комментариями, обнаружившими в авторе прекрасного знатока Востока. Его знаменитая книга «Паломничество в Медину и Мекку» («Pilgrimage to El-Medina and Mecca», опубл. 1855–1856) – не просто путевые записки, но и увлекательнейший рассказ о жизни мусульман, их обычаях, нравах, религии и традициях.

В последние годы он много писал и переводил, однако вдова его, при жизни его страдавшая от его пьянства и постоянного отсутствия, после смерти безжалостно уничтожила многие его рукописи (в том числе книгу «Благоухающий сад», «The Perfumed Garden», и «Собрание эпиграмм, вдохновенных Приапом»). Кстати говоря, она была компаньоном во многих его путешествиях (после 1861 г.) и сама написала несколько книг (о Сирии и Аравии). В память о нём она написала книгу, основала фонд «Burton Memorial Lecture Fund» и воздвигла на побережье Мёртвого моря памятник из камня и мрамора в виде арабского шатра.

Что же касается оценки Ричарда Бёртона как переводчика знаменитых сказок, то аргентинский писатель Х. Л. Борхес, посвятивший писателю эссе, выразился так: «Путешествие по книге “1001 ночи” в интерпретации сэра Ричарда Бёртона так же восхитительно, как и путешествие по книге, “переведённой непосредственно с арабского и прокомментированной” Синдбадом-Мореходом».

Особенно ценится комментарий сэра Ричарда Френсиса Бёртона к сказкам: он насыщен информацией и громоздок, и скорее «интересен сам по себе, чем необходим для “1001 ночи”» (Борхес). Каждый из томов содержал несколько сотен примечаний; Бёртон, отвлекаясь от повествования, то и дело сообщает читателю массу интереснейших сведений о Востоке, назовём следующие:

• осуждение тюрем и оправдание телесных наказаний и штрафов;
• несколько примеров почтительного отношения ислама к хлебу;
• легенда о тончайшей коже ног царицы Белкис;
• рассказ о четырёх символических цветах смерти;
• восточная теория и практика неблагодарности;
• сообщение о том, что ангелы предпочитают палевое оперение, тогда как духи – терракотовое;
• краткий пересказ мифологемы таинственной Ночи Власти или Ночи Ночей;
• диатриба против демократического правления;
• список имён Мухаммеда, пребывающего на Земле, в Огне и в Саду;
• заметка о запретных участках тела у мусульман, располагающихся у мужчин от пупка до колена, а у женщин – с ног до головы;
• грандиозный проект скрещивания павианов с женщинами и получение в результате низшей расы отменных пролетариев…
• И еще многое-многое другое…

(Излагается по эссе Х. Л. Борхеса «Переводчики “1001 ночи”», перев. И. Петровского).

► Х. Л. Борхес писал о Ричарде Бёртоне: «Бёртон, переодевшись афганцем, странствовал по священным городам Аравии; голос его молил Господа, чтобы тот бросил его кожу и кости, его болезненную плоть и кровь в Огонь Гнева и Справедливости; его иссушённые самумом губы запечатлели в Каабе поцелуй на поверхности обожествленного аэролита. То было знаменитое приключение: распространись слух, что необрезанный, “нацрани”, осквернил святыню, его смерть была бы неминуемой. До этого, переодевшись дервишем, он практиковал в Каире медицину – не гнушаясь при этом шарлатанских приёмов и магии, дабы завоевать доверие больных. Вплоть до 1858 года он возглавлял экспедицию к таинственным истокам Нила – это поручение привело его к открытию озера Танганьика. Во время этого предприятия его свалила жестокая лихорадка; в 1855 г. сомалийцы копьём продырявили ему щёки. (Бёртон прибыл из Харрара, закрытого для европейцев города в глубине Абиссинии.) Спустя девять дней он изведал ужасающее гостеприимство чопорных каннибалов из Дагомеи, по его возвращении ходили слухи, будто он “питался странным мясом”. <…> Более всего он ненавидел евреев, демократию, министерство иностранных дел и христианство; особо почитал лорда Байрона и ислам…» («Переводчики “1001 ночи”», перев. И. Петровского).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/404

Гиппократ (Hippocrates) (460, о. Кос – 377 до н. э., Ларисса, Фессалия) – древнегреческий врач и естествоиспытатель. Происходил из семьи потомственных врачей, ведущей свое происхождение от бога-целителя Асклепия. Основатель научной медицины («отец медицины») и наиболее значительный врач античности. Первоначальное медицинское образование получил от отца – врача Гераклида – и других врачей о. Коса; затем, с целью пополнения знаний и усовершенствования искусства врачевания, много путешествовал и изучал медицину в разных странах по практике местных врачей и по обетным таблицам, которые всюду вывешивались в стенах храмов Асклепия (у римлян – Эскулапа). История его жизни мало известна; существуют предания и рассказы, относящиеся к его биографии, но они носят легендарный характер. Он считал, что болезни не посланы богами, а обусловлены вполне объяснимыми причинами, например, влиянием природных условий и образом жизни. Он первым освободил медицинские знания от суеверий и предрассудков, от самодеятельного целительства. Из 58 сочинений, составивших «Гиппократов корпус» («Corpus Hippocraticum») и содержавших учения различных медицинских школ, нельзя указать достоверно ни на одно из них как принадлежащее именно Гиппократу. Они написаны в разное время (в V и IV вв. до н. э.) и принадлежали разным авторам (в том числе его сыновьям Фессалу и Дракону). Самые старшие произведения, принадлежащие косской медицинской школе, – «Об эпидемиях» и «Прогнозы». Наиболее известными книгами стали созданные позднее «Афоризмы» и «Косские прогнозы». Тщательно разработанная Гиппократом этика врачей в отношении пациентов, которая принята и современными врачами, провозглашающая принципы гуманности и любви, нашла свое концентрированное выражение в знаменитой «Клятве Гиппократа». ► «Великая заслуга Галена заключается в том, что он первый поставил медицину на научные основы, выведя её из тёмного эмпиризма и очистил от ложных философских теорий, зачастую противоречивших действительности, господствовавших над опытной, экспериментальной стороной дела. Смотря на медицину и философию как на две неразрывные науки, Гален старался их и сочетать, и разделить, определяя каждой свои границы. Во всех литературных произведениях ярко очерчивается гениальная наблюдательность Галена и логичность умозаключений. Все выводы его основаны на тщательных наблюдениях и строго проверенных фактах, из обобщения которых как бы сами собой вытекали и заключения. Точное предсказание течения и исхода болезни, основанное на изучении аналогичных случаев и примеров, составило Галену и при жизни большую славу. Последователи учения Галена образовали так называемую Косскую школу, которая очень долгое время процветала и давала направление современной медицине» («Энциклопедия Брокгауза и Ефрона»). ► Текст «Клятвы Гиппократа»: «Клянусь Аполлоном-Целителем, Асклепием и всеми богами и богинями! Врача, научившего меня искусству, я буду чтить, как отца, во всем помогать ему и делиться с ним. Искусство, которому меня научили, я буду сообщать своим сыновьям, сыновьям моего учителя и ученикам, принесшим эту присягу, но никому другому. Я буду лечить больных на пользу их здоровью, сообразно с моими силами и моим разумением, стараясь не причинять им ничего недоброго и вредного. Если кто попросит у меня смертельного средства, я не дам ему и не покажу пути для этого. Чисто и непорочно буду я вести свою жизнь и вершить свое искусство. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, не имея никаких дурных умыслов по отношению к нему и домашним его. Что бы я в том доме ни увидел или ни услышал из того, что не подлежит разглашению, я буду молчать о том, как о тайне. И если я буду верен этой клятве, то да пошлют мне боги счастие в жизни и славу в искусстве на вечные времена, если же нарушу ее, то да свершится все обратное этому» (цит. по книге: М. Л. Гаспаров, «Занимательная Греция»).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4839

Архимед (Archimedes) (287 до н. э., Сиракузы, о. Сицилия – 212 до н. э., Сиракузы) – греческий учёный, математик, физик, механик, изобретатель, инженер. Родился в богатой аристократической семье в Сиракузах, на о. Сицилия. Его отец Фидий был астрономом и математиком при дворе тирана (правителя) Сиракуз Гиерона II, которому Фидий приходился родственником. Образование Архимед получил в Александрии Египетской, одном из центров тогдашней греческой учёности, а потом он вернулся на родину, где прожил до конца жизни. Архимед блестяще сочетал таланты физика-экспериментатора, инженера-изобретателя и глубокого учёного-исследователя. Как геометр и математик он развил методы нахождения площадей поверхностей и объёмов различных фигур и тел: вычислил площадь эллипса, площадь поверхности конуса и шара, объём шара и сферического сегмента, вычислил приблизительно число Пи (между 3¹⁰/71 и 3¹/7), предложил формулу определения площади треугольника по трём его сторонам (формула Герона). Важные открытия и изобретения, сделанные им в механике (понятие центра тяжести, «правило рычага») и гидростатике (закон Архимеда), дают Архимеду право считаться их творцом. Немецкий математик Карл Гаусс (Karl Friedrich Gauss) считал Архимеда величайшим учёным древности и ставил его в один ряд с Ньютоном, творцом классической физики. При жизни на родине Архимеда знали, прежде всего, как изобретателя хитроумных машин и механизмов (шкивы, блоки, рычаги, краны, водоподъёмная машина, т. н. «Архимедов винт», который стал прообразом корабельных и воздушных винтов). Когда римляне под предводительством консула Марцелла осаждали во время Второй Пунической войны (212 г. до н. э.) родину Архимеда – Сиракузы, учёный организовал инженерную оборону города, на три года отсросчив его падение. Он стал душой упорного и вместе с тем искусного сопротивления. Он построил метательные машины – катапульты, которые обрушивали на головы римских солдат камни, и это в конце концов вынудило римлян перейти от штурма города к длительной осаде. Историки Полибий, Тит Ливий и Плутарх, описавшие эту осаду, рассказывают, что Архимед установил громадные «зажигательные стёкла» (двояковыпуклые чечевицы), посредством которых поджёг римский флот. Тем не менее, даже хитроумные машины Архимеда и мужество защитников города не помогли его отстоять. Римские солдаты вошли в город и предались грабежу и насилию. Они не прошли мимо дома Архимеда, который, как рассказывает легенда, в это время сидел на полу, посыпанном песком, на котором чертил свои геометрические фигуры. Архимед встретил победителей словами, которые вошли в историю: «Не трогай моих чертежей!», но один из соддат не пощадил старца и умертвил его на месте. (Марцелл, узнав о смерти учёного, всячески старался загладить вину, приказав взять под защиту всех, кто сможет претендовать на близкое отношение к Архимеду.) Так закончил свою жизнь Архимед, окружённый двойным ореолом славы, приобретённой наукой и редким патриотизмом. На его могилу поставили цилиндр с вписанным в него шаром, чтобы этим увековечить его открытие взаимного отношения объёмов шара и цилиндра, которым Архимед очень гордился и которое считал самым ценным своим достижением. Цицерон, будучи квестором Сицилии, отыскал этот памятник, скрытый в зарослях, и привёл его в надлежащий порядок. ► Царь Гиерон II предложил Архимеду определить, не подмешали ли ювелиры серебра к золоту, когда делали его корону. Для этого надо было узнать не только вес, но и объём короны. Архимед решил непростую задачу изящно: опустил корону в воду и определил объём вытесненной жидкости. Говорят, мысль об этом пришла к нему тогда, когда он принимал ванну. Радостный и возбуждённый внезапным открытием, он выскочил на улицу в чём был с криком: «Эврика! Эврика!» («Нашёл! Открыл!»).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4633

Торричелли (Torricelli), Эванжелиста (15.10.1608, Фаенца, Романья – 25.10.1647, Флоренция) – итальянский учёный, физик и естествоиспытатель, изобретатель ртутного барометра и первооткрыватель атмосферного давления. Сирота, Торричелли воспитывался сначала своим дядей, а потом был отправлен в Рим, где учился в иезуитском колледже Sapienza. Интересовался математикой и экспериментальной физикой. Под влиянием трудов Галилея Торричелли написал свой «Трактат о движении» («Trattato del moto», 1642), в котором он изложил свои взгляды на движение; Торричелли препроводил своё сочинение Галилею, и последний, тогда уже почти слепой, пригласил его к себе для сотрудничества и в помощь при обработке своих сочинений («Discorsi» и др.). После смерти Галилея Торричелли был назначен преемником его по кафедре математики и физики в Университете во Флоренции. В своём сочинении «Opera geometrica» (Флоренция, 1644) Торричелли излагает также свои открытия и изобретения, среди которых самое важное место занимает изобретение ртутного барометра. Простые микроскопы, которые умел делать Торричелли, были весьма совершенны для его времени, он умел также изготовлять большие чечевицеобразные стёкла для телескопов. Имя Торричелли вошло в историю физики как имя человека, впервые доказавшего существование атмосферного давления и сконструировавшего первый барометр. До середины XVII века считалось непререкаемым утверждение Аристотеля о том, что вода поднимается за поршнем насоса потому, что «природа не терпит пустоты». Однако при сооружении фонтанов во Флоренции обнаружилось, что засасываемая насосами вода никак «не желает» подниматься выше 34 футов (около 9 м). Недоумевающие строители обратились за помощью к престарелому учёному Галилею, который по этому поводу пошутил, что, вероятно, природа перестаёт бояться пустоты на высоте более 34 футов, но всё же предложил разобраться в этом своим ученикам – Торричелли и Вивиани. Трудно сказать, кто первым догадался, что высота поднятия жидкости за поршнем насоса должна быть тем меньше, чем больше её плотность. Так как ртуть в 13 раз плотнее воды, то высота её поднятия за поршнем будет во столько же раз меньше. Тем самым опыт можно было «перенести» со стройплощадки в лабораторию и был проведён Вивиани по инициативе Торричелли. Осмысливая результаты эксперимента, Торричелли делает два вывода: пространство над ртутью в трубке пусто (позже его назовут «торричеллиевой пустотой»), а ртуть не выливается из трубки обратно в сосуд потому, что атмосферный воздух давит на поверхность ртути в сосуде. Из этого следовало, что воздух имеет вес. Это утверждение казалось настолько невероятным, что не сразу было принято даже учёными того времени. 

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4619

Клаппертон (Clapperton), Хью (18.05.1788, Annan, Dumfries, Шотландия – 13.04.1827, Sokoto, Fulani Empire, Африка), известный как капитан Клаппертон – шотландский путешественник и исследователь Африки. Несколько лет служил в военно-морском флоте. В 1822 г., благодаря покровительству лорда Батхерста (Bathurst), он вместе с Диксоном Денэмом отправился в исследовательскую экспедицию в Африку. В феврале 1823 г. они достигли озера Чад, после чего разделились на две группы, каждая из которых продолжила свой путь: Клаппертон той же дорогой вернулся в Англию. В Англии он получил чин капитана и вскоре предпринял новую исследовательскую экспедицию, более многочисленную и гораздо лучше подготовленную и оснащённую (в этот раз его сопровождал верный друг и помощник Ричард Лэндер). Весной 1826 г. они достигли Бенина, где Клаппертон остался почти на целый год гостем местного туземного царька. Клаппертон умер в Африке от дизентерии в апреле 1827 г. Описание его второй исследовательской экспедиции было опубликовано в 1829 г. Денэм и Клаппертон, несмотря на то, что не добились главной цели своих экспедиций – открытие устья реки Нигер, – тем не менее, внесли огромный вклад в географическую науку, исследовав и описав до того неизвестные европейцам земли Африки.

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4367

Бельцони (Belzoni), Джованни Баттиста (05.11.1778, Падуя, Венецианская Республика – 03.12.1823, Gwato, Бенин) – итальянский авантюрист, путешественник, исследователь, коллекционер предметов искусства. В 1803 году, будучи замешанным в неблаговидных делах в Италии, предпочел путешествию во «всегда готовую к приему посетителей итальянскую тюрьму» поездку в Лондон, где он женился, и, обладая огромной физической силой и прекрасной фигурой, добывал хлеб выступлениями в цирковых представлениях, изображая Геркулеса и Самсона. Совершил путешествие в Испанию, Португалию и на Мальту в компании своей жены, англичанки. В 1815 году в поисках удачи оказался в Египте, предлагал местным жителям (и даже самому правителю Египта) купить у него механическое водяное колесо, которое якобы может заменить четыре водочерпальных колеса. Человек ловкий и оборотистый, он добился через путешественника Буркгарда чести быть представленным британскому консулу, и с этого момента все последующие годы жизни отдал коллекционированию, сначала для консула, а потом для себя, собирая всё, что попадалось под руку. Так, с огромными трудностями и при известной ловкости, ему удалось при поддержке все того же британского консула, человека в том весьма заинтересованного, погрузить на судно и переправить сначала в Александрию, а затем в Англию, гигантскую статую Рамсеса II (Мемнона), являющуюся ныне украшением коллекции Британского музея. В 1817 г. обнаружил и проник в древнюю гробницу в долине Бибан аль-Мулук, близ Фив, рядом с другими гробницами огромную (длиной в сто метров) гробницу Сети I, предшественника Рамсеса. Перерисовал её внешний вид, а также фигуры и надписи, украшавшие гробницу, и внутренний вид погребальной камеры, в которой находился саркофаг, который ему также каким-то непостижимым образом удалось перевезти в Англию. Затем ловкий итальянец открыл вторую по величине пирамиду – пирамиду Хефрена, ему удалось проникнуть внутрь пирамиды. Он открыл также развалины древнего города. Возвратившись в Англию в 1819 году, опубликовал интересную книгу о своих приключениях и открытиях в Египте и Нубии («Narrative of the Operations and Recent Discoveries within the Pyramids, Temples, Tombs, and Excavations in Egypt and Nubia», Лондон, 1820). В 1823 г. отправился в Африку, но скоропостижно скончался в Бенине после непродолжительной болезни. ► «Бельцони был великим коллекционером», – пишет историк археологии Керам в книге «Боги, гробницы, учёные». И продолжает: «И пусть ему будет прощено то, что он, пожелав увековечить своё имя в надписи, сделанной им на троне Рамсеса II в Фивах, совершил тем самым, наряду со многими весьма достойными деяниями, проступок, который положил начало дурной традиции, подхваченной целыми поколениями английских, французских и немецких “коллекционеров”, не порвавших с ней, к вящему неудовольствию археологов, и до сих пор».

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4239

Марат (Marat), Жан Поль (1743–1793) – французский революционный деятель, публицист, учёный, естествоиспытатель и литератор. Родился в г. Будри, принадлежавшем в те годы Пруссии (ныне на территории Швейцарии). Его отец, образованный человек, был священником, художником, врачом и преподавателем иностранных языков. Зарабатывал он достаточно для того, чтобы прокормить свое многочисленное семейство (у него было семеро детей). Отец стремился дать детям хорошее домашнее и школьное образование, обучая различным наукам, медицине, истории, иностранным языкам. Жан Поль обладал способностями, трудолюбием и желанием учиться.

В 16-летнем возрасте, после смерти матери, Марат покинул отчий дом и отправился странствовать по Европе. Жил во Франции, Англии, Голландии, зарабатывая уроками иностранных языков и врачеванием. Одновременно занимался научными исследованиями природы огня, электричества, оптических явлений. Он был серьёзным и трудолюбивым естествоиспытателем, но имел конфликтный характер, и потому к нему относились предвзято. Он опубликовал в Лондоне научно-философский труд «О человеке, или О принципах и законах влияния души на тело и тела на душу» («De l’homme, ou des principes et des lois de l’influence de l’âme sur le corps, et du corps sur l’âme», 2 т., 1775), содержащий нападки на все признанные авторитеты той поры. Хотя «гранды» Просвещения Вольтер и Дидро обратили внимание на его опус, однако сочли сей труд философским курьёзом и обидно высмеяли неофита, обозвав «чудаком» и «арлекином».

Интересовался Жан Поль Марат и политикой. Ещё до своего философского труда он издал на английском языке памфлет «Цепи рабства», в котором выступил последователем своего соотечественника Ж.-Ж. Руссо, обличал тиранию, призывал к свержению её насильственным путём, воспевал справедливость, равенство и свободу. Благоразумные англичане, однако, пренебрегли советом эксцентричного иностранца свергнуть монарха и назначить «добродетельного» диктатора. Пробовал он написать сентиментальный роман в духе Руссо («Приключения графа Понятовского», ок. 1772; роман в письмах, действие которого происходит в Польше, охваченной гражданской войной), однако сочинение получилось настолько слабым, что сам автор не решился его опубликовать.

Раздираемый неистовыми страстями, самолюбивый Марат, болезненно реагирующий даже на самую мягкую критику, не сумел добиться признания в научной среде и едва не сошёл в могилу от тяжелейшего нервного недуга, и только начавшаяся революция вернула ему надежду на жизнь. Жан Поль Марат с головой устремился в политику. Его революционная деятельность сводилась главным образом к обличительным выступлениям, к откликам на происходящие события. Он много писал, выражая и формируя общественное мнение. Он стал издавать газету «Друг народа» («L’Ami du Peuple»). Газета яростно нападала на аристократов, королевский двор, королеву, министров, почти всех депутатов Учредительного собрания. Марат редко о ком отзывался одобрительно или хотя бы бесстрастно. Потрясающее впечатление на современников производило то, что поначалу казавшиеся совершенно невероятными разоблачения Жана Поля Марата иногда имели свойство сбываться (он очень рано заподозрил в тайных связях с двором Мирабо, предсказал попытку бегства королевской семьи, измену Лафайета).

Свою задачу Марат видел в том, чтобы предупреждать народ об опасности и разоблачать его врагов. Действенным средством против врагов народа и революции, считал Марат, могут быть только репрессии. Постоянные обличения и призывы к насилию создали ему немало противников, но в то же время и множество поклонников, особенно в народе. Обличения заговорщиков, попытки объяснить все политические и экономические трудности вражескими кознями явно импонировали революционной толпе. Жана Поля Марата в Париже знали и любили, называя «другом народа».

В 1792 г. он стал депутатом от Парижа в Национальном Конвенте, где тогда соперничали две политические группировки: жирондисты и монтаньяры. Марат примкнул к более радикальным монтаньярам, хотя и среди них держался особняком. Во время дебатов в Конвенте он обычно служил мишенью для нападок жирондистов: поводов для этого было достаточно. Один депутат-жирондист предложил даже мыть трибуну всякий раз после того, как на ней выступал Жан Поль Марат.

В апреле 1793 г. жирондисты добились суда над Маратом. Он состоялся и превратился в триумф подсудимого. Революционный трибунал оправдал его, и восторженная толпа парижан препроводила своего кумира обратно в Конвент. Воодушевлённый своей победой, Жан Поль Марат с новой силой возобновил страстные атаки на жирондистов, которых он считал теперь самыми злостными врагами родины. 2 июня 1793 г. взбунтовавший народ изгнал из Конвента правящую партию жирондистов. Блестящие ораторы и горячие республиканцы, избранные большинством голосов в своих департаментах, эти представители просвещённой элиты не смогли найти общий язык с чернью столицы, властителями дум которой был Жан Поль Марат. Угроза расправы вынудила их бежать в провинцию, чтобы там организовать отпор произволу парижан. Но к этому времени Марат был уже очень больным человеком. На нервной почве у него обострилась экзема, его мучил жар. Пищу он принимал только в жидком виде и, чтобы взбодриться, беспрестанно пил кофе, а это только усиливало воспалительный процесс. В последние недели жизни он постоянно носил уксусный компресс на голове и часто принимал ванны, так как только это приносило ему облегчение. В ванной его и настигла смерть: 13 июля 1793 г. он был убит восторженной поклонницей жирондистов, праправнучкой Корнеля и родственницей Фонтенеля Шарлоттой Корде (Charlotte Corday, 1768–1793). (Излагается по книге: «Исторический лексикон», XVIII век).

► Из высказываний Жана Поля Марата: «Кто крадёт, чтобы жить, пока он не может поступить иначе, лишь осуществляет своё право». –– «Во всех тех странах, где закон не держит в узде высокопоставленных злодеев-государей, угнетающих своих подданных, чиновников, злоупотребляющих своей властью, прелатов, нравственность которых подозрительна, – не остаётся никакого другого средства, чтобы удерживать их в границах долга, кроме внушения страха перед общественным негодованием. Злословие в известном смысле как раз препятствует всем этим лицам злоупотреблять властью, а именно вследствие этого к нему следует относиться с терпением. Если страх замыкает все уста – конец свободе!» (цит. по изданию: Н. Молчанов, «Монтаньяры», серия ЖЗЛ, М., «Молодая гвардия», 1989).

► Жан Поль Марат о себе: «…с ранних лет меня пожирала любовь к славе, страсть, в различные периоды моей жизни менявшая цель, но ни на минуту меня не покидавшая. В пять лет я хотел стать школьным учителем, в пятнадцать лет – профессором, писателем – в восемнадцать, творческим гением – в двадцать, как сейчас я жажду славы – принести себя в жертву отечеству» (цит. по изданию: Н. Молчанов, «Монтаньяры», серия ЖЗЛ, М., «Молодая гвардия», 1989).

► Дантон о Марате: «Я не испытываю особого восхищения личностью Марата. Его нельзя обвинить в недостатке ума, но озлобленный характер лишает беседы с ним всякого удовольствия» (цит. по изданию: Н. Молчанов, «Монтаньяры», серия ЖЗЛ, М., «Молодая гвардия», 1989).

► Интересна судьба Давида, младшего брата Марата, который под именем Будри окажется учителем французского в Царскосельском лицее и, по свидетельству его ученика Александра Пушкина, сохранит почтительную память о своём легендарном старшем брате.

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/262

Картье (Cartier), Жак (31.12.1491, Сен-Мало, Франция – 01.09.1557, Сен-Мало, Франция) – французский мореплаватель и исследователь Канады из города Сен-Мало, первым открывший реку Святого Лаврентия в Канаде во главе экспедиции из двух кораблей, посланной королём Франциском I (1494–1547, король 1515–1547) в Северную Америку (1534). (Первую французскую экспедицию в Новый Свет в 1524 году возглавлял венецианец Джованни да Верраццано – Verrazzano, 1485?–1528?). Весной следующего года Жак Картье снова отправился в Новый Свет на трёх кораблях. Поднимаясь вверх по реке, Картье достиг большого озера Сен-Пьер, образуемого рекой, и добрался до местности Ошелага, удаленной от устья реки Св. Лаврентия на двести десять миль. Здесь Жак Картье встретил «обработанные земли и большие прекрасные поля, засеянные зерновыми хлебами. Среди этих полей находился большой город Ошелага, окружённый невысокой цепью хорошо возделанных холмов, с вершины которых открывается широкий вид» (цит. по книге: Н. Лебедев, «Завоевание Земли», М., ЗАО «Центрполиграф», 2002). Эту цепь холмов Жак Картье назвал Королевскими горами (Мон-Ройяль). Позднее это название перешло и на самый город Ошелагу, и он стал называться Монреалем.

Приём, оказанный Картье в Ошелаге, был в высшей степени дружеский. Местный вождь и властитель города, разбитый параличом, умолял Жака Картье прикоснуться к его членам, моля об исцелении. К Картье приходили слепые, хромые и увечные, и все умоляли о том же; они были убеждены, что к ним явился бог, способный творить чудеса. Познакомившись со страною и собрав сведения о водопадах и порогах реки Св. Лаврентия, Жак Картье спустился вниз по реке в её устье. В это путешествие Картье и его спутники остались зимовать в Канаде. Зимою французы заболели неизвестной им болезнью, вероятно, цингой. В это тяжёлое время Жак Картье обратился за помощью к туземцам, и один канадский вождь сообщил Картье, что отвар из хвои и сок одного дерева, которое, как предполагают, было канадской елью, очень помогают при этой болезни. И в самом деле, указанные средства благотворно подействовали на больных, и все французы поправились.

В мае 1536 г. Жак Картье отплыл во Францию, куда благополучно вернулся 16 июля 1536 г. Доклад королю произвёл на него впечатление, и Франциск решил присоединить новые земли к Франции. В мае 1541 г. в Канаду под началом Картье было отправлено пять кораблей с поселенцами и большим припасами. Поднявшись вверх по реке Св. Лаврентия, Жак Картье высадился на том месте, где теперь находится Квебек. Положив основание этому городу, Жак Картье сделал его резиденцией канадского вице-короля. Опубликованы описания путешествия Жака Картье: «Bref Récit et Succincte Narration de la navigation faite aux îles de Canada, Hochelage et Saguenay» (1545); «Histoire de la Nouvelle-France» (1612, автор этой книги Марк Лескарбо).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/227