Фридрих II Великий (Frederick II der Grosse)

Фридрих II Великий (Frederick II der Grosse) (24.01.1712, Берлин, Пруссия – 17.08.1786, Потсдам, Пруссия) – прусский король. В молодости много натерпелся от своего сурового и своевольного отца Фридриха-Вильгельма I и за попытку к бегству был даже заключён в крепость Кюстрин. (Отец его никогда не держал в руках книги, гонялся по улицам Берлина за зазевавшимися прохожими, чтобы дать им пинка под зад за «безделье», ругался как кучер и дрался как ефрейтор. Излюбленным словечком отца было «Nicht räsonieren!» – «Не рассуждать!» Он не любил сына, держал его почти на положении узника, считал «растяпой» и «размазней», которому больше бы пристало место школьного учителя, чем королевский трон.) А вот сын любил пофилософствовать, единственное утешение видел в занятиях изящными искусствами, мечтал о собственной литературной карьере. Вступив на престол в 1740 г., потребовал от императрицы Марии-Терезии Силезию, и, получив отказ, завоевал ее и сумел отстоять в трёх войнах. Затевая войны, он с цинизмом признавался: «…готовность войск к немедленным боевым действиям, большой запас денежных сбережений и живость моего нрава, – таковы были основания, по которым я объявил войну Марии-Терезии, королеве венгерской и богемской» – и далее: «Честолюбие, расчёт, желание вызвать толки о себе одержали верх; и война была решена» (цит. по книге: С. Д. Артамонов, «Сорок веков мировой литературы», т. 4). В одну из них, Семилетнюю (1756–1763), чуть было не покончил с собой, отчаявшись в спасении, но восшествие на российский престол императора Петра III, давнего его почитателя, вернуло ему всё. Фридрих был талантливым писателем. Его сочинения (написаны на французском языке): историко-политический трактат «Антимакиавелли» («Anti-Machiavel», 1740), где он развивает принципы просвещенного абсолютизма (в действительности Фридрих и не думал проводить в жизнь выдвинутые им в этом трактате идеи, недаром в тот же год, когда вступил на престол, он приложил немало усилий, чтобы изъять и уничтожить все экземпляры тиража своей книги); «Мемуары» («Histoire de mon temps», 1788); серия эссе «Examen critique du système de la nature» (1770); «Размышления о военных талантах и характере Карла XII» («Réflexions sur les Talents militaires et sur le Charactère de Charles XII», 1788); политические памфлеты и злые эпиграммы на своих европейских коллег; переписка со многими выдающимися людьми эпохи. Фридрих дорожил дружбой с выдающимися людьми, правда, в этом был свой расчёт. В своей книге «Утренние размышления королевские» он утверждал, что писатели и философы – «люди нужные для государя, который хочет царствовать самодержавно и притом любить свою славу. Они раздают чести и без них не можно приобресть никакого твёрдого прославления. И так надлежит их ласкать по необходимости, а награждать по политике <…> А чтобы иметь несколько в сём труде лёгкости, то я содержу при моём дворе некоторое [количество] их блистающих разумов. <…> Среди наивеличайших моих несчастий никогда не упускал я платить исправно ежегодные награждения учёным людям» (цит. по книге: А. Строев, «Те, кто поправляет фортуну»). Просвещённый «философ на троне» весьма своеобразно стремился сдерживать просвещение в тесных рамках. Он писал Вольтеру: «Простонародье не заслуживает просвещения» и указом 1764 г. запретил принимать «в латинскую школу… детей крестьян, садовников и ещё более мелкого люда». У него возникла мысль предоставить учительские должности инвалидам войн (!), которые он вёл, – не из-за нехватки учителей, а чтобы сэкономить пенсии, правда, лишь в том случае, если они, как сказано в указе от 1779 г, «умеют читать, писать и считать». (По докладу его военного министра, из 4000 инвалидов таких оказалось лишь 79.) Намекая на это и на ужасные условия в байройтских школах, немецкий писатель Жан Поль писал в «Квинте Фиксляйне»: «В Бранденбургской провинции инвалиды становятся учителями; у нас учителя становятся инвалидами». А что до установленной Фридрихом в Пруссии хваленой свободы печати, то она, по словам Лессинга, сводилась лишь к тому, что можно было говорить сколько угодно дерзостей по поводу религии, но и это – большое достижение по сравнению с другими немецкими государствами. Из всех немецких королей Фридрих, возможно, был самым образованным и самым умным, и, вне всякого сомнения, был крупным полководцем: увеличив армию, заботился о ней, как ни о чём другом, много воевал, одержал ряд блестящих побед, впрочем, были у него и поражения (в боях с русскими). Соотечественники присвоили ему имя «Великий». ► Вот что пишет «The New Encyclopaedia Britannica» (vol. 7, 1980) о Фридрихе: «После фантастически удачного для него окончания Семилетней войны 1756–1763 гг. Фридрих до конца своего долгого царствования (1786) пользовался плодами достигнутых военных и политических успехов. Деятельность Фридриха в последующие двадцать три года была как бы иллюстрацией к аксиоме Людовика XIV: “Государство – это я”. С той же упорной энергией, которая помогла ему уцелеть в Семилетней войне, он принялся за восстановление страны. Сам он вышел из всех испытаний физически уже почти стариком, съедаемым ревматизмом и другими недугами, приобретёнными за годы потрясений и тяжёлых условий походной жизни. Он всегда считал своим долгом разделять солдатские тяготы и опасности, а со времён войны чуть ли не культивировал поношенную одежду, доходя подчас до неряшливости. Тот самый Фридрих, обожавший в молодости шелка и цветастые ткани, теперь почти не снимал прусскую военную форму, которую когда-то окрестил “саваном”. Затёртый голубой камзол с табачными пятнами, измученное лицо и согбенная фигура, доступность для каждого из подданных, так что просители нередко припирали короля к стенке террасы неохраняемого дворца, привычное всем светящееся до поздней ночи окно его кабинета – таким запечатлелся “старый Фриц” в памяти народа» (цит. по книге: Т. Маколей, «Англия и Европа», «Алетейя», Санкт-Петербург, 2001). ► Из высказываний Фридриха: «Мыши, живущие в маленьких норах огромного здания, не знают, вечно ли оно, кто его построил и зачем. Они лишь стараются сохранить свою жизнь, заселить свои норы и избегать зверей-разрушителей. Мы – мыши, и божественный архитектор, построивший вселенную, не сообщил, насколько я знаю, своего секрета никому из нас» (С. Д. Артамонов, «Сорок веков мировой литературы», т. 4; М., «Просвещение», 1997). ► О Фридрихе рассказывают такой анекдот. Он пожелал лично проинспектировать берлинскую тюрьму. Узники упали перед ним на колени и стали громко заверять его в своей полной невиновности. Только один человек молча держался в стороне. Фридрих окликнул его: «Эй, ты. А ты почему здесь?» – «За вооруженный разбой, Ваше Величество». – «И ты виновен?» – «Да, Ваше Величество, я заслужил наказание». Фридрих позвал смотрителя и приказал немедленно отпустить несчастного, прибавив: «И немедленно. Я не могу допустить, чтобы он развращал тех невинных, которые здесь обитают!».

Старый адрес этой страницы: http://biograpedia.ru/?q=node/4045

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

66 + = 68