Юлиан Отступник (Julianus Apostata)

Юлиан Отступник (Julianus Apostata), (Флавий Клавдий Юлиан, 331, Константинополь – 26.06.363, Ктесифон, Месопотамия) – римский император (с 361), сын Юлия Констанция, сводного брата императора Константина Великого, царственный философ и писатель. Шести лет от роду спасся вместе с братом Констанцием Галлом от ужасающей резни, учиненной в 337 г. Констанцием II в самой императорской семье. Лишившись отца (337), воспитывался в новой вере Евсевием, арианским епископом Никомедии, а затем Константинополя, и под присмотром других учителей, служивших одновременно и тюремщиками. Изучал греческую философию и литературу и проникся любовью к эллинскому миру и культуре. В 344–345 гг. жил в Никомедии, где познакомился с Либанием (он не мог слышать лекций этого языческого оратора, но ему тайно передавали записи его речей). В 355 г. стал соправителем Римской империи (цезарем) и женился на Елене, сестре императора Констанция. Затем он сражался в Галлии с германскими племенами франков и алеманнов и сумел завоевать расположение армии. Когда в 361 г. Констанций потребовал подкрепления в войне с персами, галльские легионы взбунтовались и объявили популярного у них Юлиана императором. Получивший христианское воспитание и греческое образование Юлиан, став единовластным правителем Римской империи, объявил себя сторонником языческой религии. Сам он, конечно, не верил и в античных богов, для этого он был достаточно умён и образован, но они казались ему более привлекательными, чем унылые и постные проповедники христианства. Он провёл ряд политических реформ, издал эдикт о веротерпимости, который отменил все постановления Констанция против язычников, и эдикт против христиан, лишивший их привилегий свободно распространять свои взгляды. Стараясь избежать любых проявлений насилия, он провозгласил подлинную религиозную терпимость и не преследовал христиан, но только боролся против христианского вероучения и стремился с помощью реставрации культа олимпийских богов и пантеистической религии задержать процесс общественной и культурной деградации античной общественной и политической системы, а также создать сильную языческую церковь по образу уже сложившейся Церкви христианской. Но не успел… В 363 г. во время похода против персов император умер от ран, полученных в битве под Маренгой. Согласно преданию, умирающий Юлиан произнёс последние слова: «Ты победил меня, галилеянин» («галилеянами» называли тогда христиан, так как именно галилеянам принадлежала важная роль в распространении христианства). В жизни он избегал шума гладиаторских зрелищ, собраний, пиров и конских ристалищ и постоянно и горько упрекал своих сограждан в забвении законов своей страны. В ответ на многочисленные обвинения, направленные против его скромных привычек, Юлиан отвечал меткой сатирой, в которой, под покровом иронии, рисует свой собственный характер. Он «кается» в собственной неловкости, в своих тяжёлых привычках, в недостатке вкуса к утонченным удовольствиям, в том, что он отстал от моды, и облекает свои достоинства в форму недостатков. В этой сервантесовской иронии коронованный философ показывает своему легкомысленному и испорченному народу, что он не может подражать этим светским манерам, ибо «имел несчастье получить необыкновенно строгое воспитание» под надзором фамильного опекуна, который не позволял ему ни на волос уклоняться от правильного пути и который, в довершение «беды», внушил ему такое уважение к Сократу и Платону, Аристотелю и Теофрасту, что он поневоле должен был выбрать их своими образцами. «Эти манеры, – признаётся Юлиан, – хороши они или дурны, так срослись со мною, что я не могу изменить их и не могу снова разучиться. Говорят, что привычка есть вторая природа, и что противиться ей тяжело; но опрокинуть все, что приобретено тридцатилетними занятиями, чрезвычайно трудно, особливо, если оно приобреталось с таким увлечением». Юлиан был не только энергичный и талантливый военный и политический деятель, но и не менее талантливый писатель. Из его произведений сохранились восемь речей (их можно назвать и трактатами), два сатирических сочинения и собрание писем и посланий (общим числом 87, хотя, возможно, не все они подлинные). При этом утрачены его записки о войне с германцами (о военных походах в Галлию и Германию), сочинение о военном искусстве, а также ряд речей и писем. Частично восстановлен по цитатам, содержащимся в опровержении Кирилла Александрийского, большой полемический трактат «Против галилеян» (или «Против христиан»), содержавший нападки на христиан и критику библейских текстов. Большой литературный интерес представляют две сатиры в манере Лукиана: «Ненавистник бороды, или Антиохиец», направленная против граждан (а точнее сказать, христиан) Антиохии, вызывавших раздражение императора своим легкомыслием, философским нигилизмом и внешней неряшливостью, а более всего тем, что препятствовали нововведениям императора; и «Пир, или Сатурналии» (или «Цезари») – мениппова сатира на римских императоров, изображающая пиршество на Олимпе, на которое приглашены умершие римские императоры (начиная с Юлия Цезаря), высмеиваемые Силеном (автором). Каждый из них произносит речь о целях своей жизни, а олимпийские боги решают, кто из них лучший (тайным голосованием лучшим признают Марка Аврелия, который, наряду с Александром Македонским, был примером для Юлиана). Трактат был направлен прежде всего против Константина Великого и Констанция II – императоров, покровительствовавших христианам. В речах «К царю Солнцу» и «О матери богов» излагаются религиозные взгляды Юлиана; в речах «Против невежественных киников» и «Против киника Гераклея» Юлиан защищал олимпийских богов от нападок новоявленных псевдокиников, противоставляя им Диогена Синопского, пример истинного киника, киника на все времена. Юлиану принадлежали также и поэтические опыты в жанре эпиграммы. Творения его отличались необыкновенной страстностью и ироничным, несколько тяжеловатым юмором. За его антихристианскую политику и языческие взгляды христиане заклеймили его Отступником. ► Вот фрагмент из Юлиана, в котором он, критически разобрав библейский текст христиан, содержащий легенду об Адаме и Еве, о запретном плоде с древа познания, возмущается тем, что христианский бог воспретил человеку знание: «Но важнее всего то, что бог не дал человеку наслаждаться познанием, а между тем нет ничего более драгоценного для человека. Ведь способность различать добро и зло – свойство разума, и это очевидно даже для самых неразумных; так что змия можно назвать скорее благодетелем, а не губителем рода человеческого, бога же по той же самой причине следует назвать завистником. Ибо, как только он увидел, что человек приобрёл разум, он изгнал его из рая, чтобы тот, как говорит бог, не вкусил от древа жизни» (цит. по книге: С. Д. Артамонов, «Сорок веков мировой литературы», т. 1).

Старый адрес этой страницы: http://biograpedia.ru/?q=node/4236

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

÷ 7 = 1