Фернандес де Кордова-и-Агилар (Fernandez de Cordoba), Гонсало

Фернандес де Кордова-и-Агилар (Fernandez de Cordoba), Гонсало (01.09.1453, Монтилья, окрестности Кордовы – 01.12.1515, Лоха, Гранада, Испания), по прозвищу Великий капитан (El Gran Сapitán) – испанский полководец, один из замечательнейших персонажей испанской военной истории. С тех пор, как короли Кастилии отвоевали большую часть Андалусии у мавров в XIII веке, семья Гонсало сражалась с мусульманами королевства Гранады и, что тоже случалось, с соседями – христианскими синьорами-соперниками. Отец Гонсало, дон Педро Фернандес де Кордова, граф де Агилар, умер, когда его сыну было всего 2 года. Графиня де Агилар, мать Гонсало, отличавшаяся твёрдым характером и силой воли, связанная узами родства с некоторыми из самых влиятельных кастильских семей, воспитывала Гонсало и его старшего брата воинами и с самых ранних лет приучила смотреть опасности в лицо. Как только Гонсало достиг возраста 14 лет, мать послала его воспитываться к королевскому двору Кастилии, посчитав, что королевская служба будет достойным занятием для младшего сына.

Свою карьеру он начал, став пажом инфанта Альфонсо, младшего брата короля Энрике IV, но после его безвременной кончины перешёл на службу к принцессе Изабелле, вероятной наследнице кастильского трона. Вернувшись в Кордову в 1473 г., Гонсало стал одним из чиновников гражданской муниципальной администрации. В это время в городе вспыхнула гражданская война между «конверсос» (евреями, принявшими католичество) и «старыми христианами». Гонсало, который сам был потомком «конверсос», сражался против «старых христиан» и попал в плен к своим врагам (графу де Кабра). Он находился в заточении до конца 1476 года и получил свободу только благодаря личному вмешательству Изабеллы Кастильской, к тому времени ставшей королевой после смерти Энрике IV.

Десятилетняя война с Гранадой принесла Гонсало новые лавры, он прославился целым рядом искусных и смелых предприятий, включая спасение королевы Изабеллы и её свиты от нападения мавров. Когда в январе 1492 года сдалась последняя в Испании мусульманская цитадель, Гонсало был в числе офицеров, выбранных для участия в переговорах по капитуляции. Благодаря знанию арабского языка и дружеским отношениям с последним эмиром Гранады он удачно провёл переговоры о её сдаче. В награду за свою службу Гонсало получил сеньорию Орхива и энкомьенду ордена Сантьяго.

В дальнейшем он продолжил защищать интересы короны уже в войнах с французами в Италии. Он принял участие в двух итальянских кампаниях: в 1495–1498 и 1500–1504 годах. К этому времени Гонсало приобрёл репутацию мастера партизанской тактики стремительных ударов и [ложных] отступлений. Кроме того, присутствие в армии Фердинанда и Изабеллы швейцарских наёмников позволило Гонсало познакомиться с их революционной по тому времени техникой боя, которая далеко ушла от традиционной техники испанцев, так бережно ими лелеемой. В сентябре 1494 года сильная французская армия под командованием короля Карла VIII Валуа вступила в Италию, чтобы отвоевать у сицилийской арагонской династии Неаполитанское королевство, на которое, по мнению французского короля, он имел право. Умелое использование военной мощи и террора, дипломатии и подкупа правящей элиты Италии позволили Карлу провести молниеносную кампанию и почти беспрепятственно войти в Неаполь в конце февраля 1495 года. Изгнанный король Неаполя Ферранте II обратился за помощью к своему кузену Фердинанду Арагонскому, тем более что, как предполагалось, сын последнего будет следующим правителем Южной Италии, если Ферранте умрёт без законного мужского потомства. Фердинанд откликнулся на просьбу своего кузена, и в Италию был отправлен экспедиционный корпус, и командовал им не кто иной, как Гонсало Фернандес де Кордова, назначенный на этот пост благодаря влиянию королевы Изабеллы.

Гонсало отплыл в Италию в мае 1495 года с небольшой армией (около 2 тыс. пехоты, отряд арбалетчиков, несколько сотен лёгких кавалеристов). Он соединился с Ферранте в Калабрии и с тревогой понял: король рвался в бой, чтобы нанести французам сокрушительный удар. Гонсало пытался вразумить его, что никогда не следует давать бой на позиции, выбранной противником. Но Ферранте был убеждён в победе и вступил в бой у Семинары. Поначалу коннице Гонсало сопутствовал успех, но неаполитанцы Ферранте приняли манёвры испанцев, нападавших и тут же отходивших, за отступление и в панике покинули поле боя. Гонсало и Ферранте с трудом удалось бежать, спасая свои жизни. Гонсало со своими оставшимися силами отступил в горы, откуда начал партизанскую войну, охотясь за отрядами противника и в то же время избегая генерального сражения, оберегая свои небольшие людские и финансовые ресурсы.

Действуя переговорами и принуждением, он постепенно переманил на свою сторону местное население, и без того ненавидевшее французов. В июле 1496 года Ферранте и Гонсало удалось взять Неаполь в результате смелой десантной операции. Внезапная смерть Ферранте поставила Гонсало в неловкое положение: на неаполитанском троне оказался дядя короля Ферранте, к тому же незаконнорождённый, а вовсе не Фердинанд Арагонский, как предусматривалось всеми соглашениями. Поэтому Гонсало согласился на просьбу папы римского Александра VI Борджиа изгнать войска Валуа, занимавшие Остию в устье реки Тибр. Гонсало выполнил просьбу понтифика, заслужил его благодарность и право на торжественное вступление в Рим во главе своих войск.

Уроки поражения при Семинаре были усвоены Гонсало. Испанские солдаты, вооруженные мечом и небольшим щитом, были хорошими воинами, но не могли противостоять пехоте швейцарского образца и тем более закованной в броню кавалерии. Гонсало отважился на реформы, которые включали улучшение взаимодействие мечников с пехотинцами, вооружёнными пиками, увеличение численности аркебузиров вместо арбалетчиков, которых должны были поддерживать отряды тяжёлой кавалерии. Неправильно приписывать заслуги в проведении реформ исключительно Гонсало, но его энергия и целеустремлённость ускорили процесс, который был запущен уже во время Гранадской войны.

Гонсало вернулся в Испанию летом 1498 года, получив прозвище «Великий капитан». Изабелла и Фердинанд наградили его землями, титулами и иными почестями и отправили подавлять мусульманское восстание в Андалусии. А затем его опять отправили в Италию. Гонсало было неизвестно, что Фердинанд подписал секретный договор с новым французским королём Людовиком XII о совместном завоевании Неаполитанского королевства. Однако французы и испанцы, изгнав Федерико Арагонского из Неаполя, незамедлительно перессорились из-за раздела завоёванного королевства. Гонсало был призван противостоять превосходящим силам французов. Он вновь обратился к партизанской тактике в сочетании с упорной защитой ключевых цитаделей в Калабрии и Апулии. Получив поддержку в виде отряда в две тысячи тяжеловооруженных ландскнехтов, Гонсало одержал блестящую победу в сражении при Чериньоле 28 апреля 1503 года. Он разгромил французов в Калабрии и уже в следующем месяце взял Неаполь. А в конце года он полностью освободил Южную Италию от французов.

Благодаря Гонсало Неаполитанское королевство было завоёвано и оставалось испанским владением ещё двести лет. Он полностью преобразовал испанскую армию, создав мобильные полки («коронелиас»), состоявшие из 3000 пехотинцев, 400 тяжеловооружённых всадников, такого же числа лёгкой кавалерии, на вооружение полков поступили пушки. Соединение двух таких полков образовывало дивизию – небольшую самодостаточную армию наподобие римских легионов. Гонсало получил за свои достижения в Италии титул вице-короля Неаполя, но после смерти королевы Изабеллы в 1504 году он потерял самого могущественного своего покровителя. К тому времени его слава начала вызывать ревность и раздражение короля Фердинанда, который в 1507 году лишил Гонсало титула вице-короля Неаполя и потребовал от него предъявить отчёты о расходах.

Раздраженный Гонсало представил язвительный отчёт о своих расходах, заканчивавшийся словами упрёка: «Нужны сто миллионов дукатов за терпение, чтобы выслушивать короля, требующего предъявить счета у человека, который дал ему королевство». На самом деле он представлял подробные отчёты о своих расходах в течение многих лет (возможно, только королеве Изабелле). Фердинанд отозвал Великого капитана в Испанию, даровал ему герцогство Сесса, пообещав сделать великим магистром ордена Сантьяго. Однако он очень быстро забыл о своём обязательстве, предоставив вместо этого город Лоху в качестве феодального владения. Гонсало отправился туда с женой и дочерью, сохранив верность вероломному монарху даже во время восстания андалусийской знати в 1508 году. Никогда больше не получал он военных назначений и тихо скончался в Лохе 1 декабря 1515 года.

Великого полководца привлекали также науки, искусство, а чтение было одним из его любимейших занятий. Будучи в Италии, он имел возможность познакомиться с культурой итальянского Возрождения и своими завоеваниями облегчил её проникновение в Испанию. Великий капитан, которого в историографии называют «лучшей шпагой Возрождения», стал весьма популярным персонажем в испанской культуре XVI века. Военные реформы Великого капитана позволили Испании доминировать на европейских полях сражений до самой Тридцатилетней войны (1618–1648). Кроме того, многие из конкистадоров, завоевавших для Испании обширнейшие территории в Новом Свете, ранее служили под началом Гонсало де Кордова.

► «Не меньше повода для разговоров давал великий капитан, на которого, вследствие его славы и побед, были устремлены всеобщие взоры. Хотя французы потерпели от него столько поражений и его имя стало для них ненавистным и пугающим, они рассматривали его с ненасытным любопытством, отдавая должные почести, и без конца рассказывали тем, кто не был в Неаполитанском королевстве, то о молниеносном нападении на баронов в Лаино, когда благодаря его хитрости они были застигнуты врасплох, то о его стойкости и способности выносить лишения, которые он проявил во время сидения в Барлетте, охваченной голодом и чумой. Одни говорили о его распорядительности и умении привязывать к себе людей, благодаря которому он так долго удерживал солдат, не получавших жалования; другие о том, как храбро он сражался при Чериньоле, о том, с какой доблестью и силой духа он решился не отступать от реки Гарильяно, несмотря на превосходство сил противника, отсутствие платы и неисчислимые трудности; о том, с каким воинским талантом и приёмами он одержал там победу, как он умел извлекать выгоду из малейших ошибок неприятеля. Всеобщее восхищение вызывали также его представительный вид, возвышенность речей, повадки и манеры, полные степенности и одновременно изящества. Но больше всего французский король, который пожелал, чтобы Гонсальво сидел за одним столом с ним, с Фердинандом и королевой, и добился этого повеления от Фердинанда, с неизменным изумлением смотрел на него и говорил с ним. Таким образом, по мнению всех, этот день был для великого капитана таким же днём славы, как тот, когда он победителем и триумфатором вступил во главе своей армии в Неаполь. И для него это был последний из таких дней, ибо потом он уже никогда не покидал испанских королевств и ему не довелось проявить свою доблесть ни на войне, ни в мирных свершениях» (Ф. Гвиччардини, «История Италии»).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

÷ 1 = 7