Сугерий (Сюжер) (Suger), аббат

• 

Сугерий (Сюжер) (Suger), аббат (ок. 1081 – 1151) – французский государственный деятель XII века, с 1122 г. – настоятель аббатства Сен-Дени, советник французских королей Людовика VI и Людовика VII, активно участвовавший в управлении государством, регент Франции в 1147–1149 гг., когда король Людовик VII находился в Крестовом походе. Самый великий человек Франции во времена Людовика VII. Хлипкий на вид, слабого здоровья, но наделённый здравомыслием и какой-то особой трезвостью взглядов, феноменальной памятью и удивительной в столь тщедушном теле энергией и работоспособностью, Сугерий стал первым в ряду министров, глубоко преданных общественному благу. Он был одним из первых из тех, чья власть дополняла королевскую в тех многочисленных случаях, когда государство находилось в руках бездарного или недееспособного короля. Ещё совсем молодым Сугерий проявил себя как способный администратор и как смелый военачальник, готовый защищать имущество монастыря и королевские законы с оружием в руках, он продемонстрировал при этом такие незаурядные способности, что король Людовик VI Толстый, сделав монаха членом королевского совета, поручил ему управление всеми церковными делами. Это был чрезвычайно высокий пост, потому что в то время церковь, морально и материально, участвовала во всей общественной жизни страны. Получив в наследство от отца объединённое королевство, послушную армию, здоровую финансовую систему, Людовик Младший VII получил вдобавок ещё и этого выдающегося служителя государства. Аббат упорно стремился полностью подчинить королевской власти светских и духовных феодалов, он улучшил в стране юстицию, покровительствовал городам, поддерживал их против феодалов, он стремился «роялизовть», т. е. передать под непосредственную власть короля как можно больше сфер жизни французов, создавая для этого юридическую и административную базу. Аббат был одним из самых образованных людей своего времени, он был человек прогрессивных взглядов, опередивший своё время, при этом очень мудрый, терпимый и склонный к мирному разрешению всех проблем. Когда бездарный король, творец всех своих несчастий, после череды неудач и поражений вернулся из крестового похода (в который он имел глупость взять свою жену Алиенору Аквитанскую) и оказался на родной земле – Сугерий, как это делает всякий хороший управляющий после возвращения хозяина, передаёт ему королевство в целости и сохранности. «Ваши доходы по судам, пошлины, собранные с ваших вассалов, оброк натурой – всё сохранено к вашему возвращению. Нашими заботами ваши дома и ваши дворцы в отличном состоянии, те, что разрушились, были отремонтированы. Ваши подданные и ваши земли, слава Господу, наслаждаются миром». Сугерий умер два года спустя с титулом «отец отечества» от благодарного ему народа. Реконструированное его трудами знаменитое каменное творение – базилика Сен-Дени – королевская усыпальница и место паломничества. Реконструкция Сен-Дени помогла родиться французской готике! Помимо философских трудов, биографии короля Людовика Толстого и истории своего правления, он написал трактат по эстетике христианской архитектуры, в котором обосновал символическое значение многих элементов архитектурной композиции, в том числе витражей и стрельчатой арки, и возродил монастырь Сен-Дени, заложив во французской архитектуре основы готики. Последний совет, который мудрый аббат дал Людовику VII, был таким: не разводиться с Алиенорой и ставить интересы королевства выше, чем все обиды обманутого супруга, взятые вместе. Людовик VII поторопился забыть этот совет и попросил папу расторгнуть брак, что и было сделано. Последствия известны и изложены в тысячах книг – это Столетняя война. Королева не медлила – едва минуло шесть недель после развода, она отдала свое сердце и унаследованные ею владения Генриху Плантагенету, герцогу Нормандии и графу Анжуйскому, а тот – все так же торопливо – захотел получить Аквитанию. В разгоревшейся между двумя мужьями войне (Генрих Плантагенет станет в 1154 г. королём Генрихом II Английским) тот, что был обманут, оказался ещё и побеждённым. ► «Сугерий — фигура живая и безумно интересная. В этом сыне слуги, наперснике королей, политике, незаурядном организаторе и строителе крылись под сутаной священнослужителя могучие страсти. Многих современников он раздражал своей любовью к роскоши. Когда он пишет о золоте, хрустале, аметистах, рубинах и изумрудах, неожиданно принесённых ему тремя аббатами для инкрустирования креста, просто чувствуешь, как в глазах у него вспыхивает вполне мирской блеск. Да и скромность тоже была не самой сильной его чертой. В расходах по аббатству он предусматривает суммы, которые пойдут на устройство после его кончины тризны по нему, что до той поры было привилегией только королей. В соборе он приказал поместить тринадцать надписей, оповещающих о его личных заслугах. На одном из витражей мы видим его у ног Девы Марии. Он благоговейно преклонил колени, но руки его полны движения. Вдобавок имя его написано такими же большими буквами, что и имя Пресвятой Девы. Сугерий был утончённым писателем и обладал живым умом; его связь с учением неоплатоников несомненна. Он безмерно возмущал святого Бернарда Клервоского, представителя суровой цистерцианской ветви ордена бенедектинцев, и спор этих двух столпов Церкви исполнен такой же страстности, как спор классицистов и романтиков. Впрочем, перестройка аббатства Сен-Дени производилась не только по причине амбиций и эстетических вкусов Сугерия, но и по необходимости. Вот как с темпераментом писателя XIX века описывает он праздничный день в базилике: «Часто можно было видеть возмутительную вещь, когда плотная толпа людей, двигаясь к выходу, сталкивалась с теми, кто пытался войти в храм, чтобы почтить и поцеловать священные реликвии, Гвоздь и Венец Господа нашего, и при этом все оказывались так стиснутыми, что никто не мог и ногой шевельнуть. Людям не оставалось ничего другого, кроме как стоять на месте, подобно мраморным изваяниям, и единственной их возможностью было поднять крик. Огромен и нестерпим был страх женщин; у них, стиснутых, как в давильне, плотной массой сильных мужчин, лица казались обескровленными масками смерти; они пронзительно кричали, словно в родовых муках; некоторые из них оказывались затоптанными, иных на головах несли мужчины, из жалости оказывавшие им помощь; многие из последних сил выбирались в монастырский сад, где старались отдышаться, и больше уже ничего не хотели. Порой и братья, которые показывали верующим орудия Страстей Господних, выведенные из терпения злобностью и сварами людей и не имея иного выхода, убегали вместе с реликвиями через окно». Торжественное освящение новых хоров в Сен-Дени происходило во вторую неделю июня 1144 года. То был не только большой день для Сугерия, но и переломная дата в истории архитектуры» (З. Херберт, «Варвар в саду»).