Бёртон (Burton), сэр Ричард Френсис (19.03.1821, Torquay, Англия – 20.10.1890, Триест, Австро-Венгрия) – английский учёный-ориенталист, армейский офицер, исследователь и путешественник; переводчик сказок «Тысячи и одной ночи» («Arabian Nights», 1885–1888; с ценными примечаниями и комментариями).

В детстве ему довелось путешествовать по Франции и Италии, и здесь он овладел двумя первыми иностранными языками. Учился он самостоятельно, имея способности к языкам, но был весьма своенравным. В 1840 г. он поступил в Trinity College, в Оксфорде, но был временно исключен из-за своего эксцентричного поведения (он часто вызывал на дуэль студентов, осмелившихся обсуждать его внешний вид: он носил необычной формы усы). В Оксфорде Ричард Бёртон начал изучать арабский язык, причем самостоятельно, без преподавателя. В конце концов благодаря своим блестящим лингвистическим способностям он овладел греческим, латинским, итальянским (в том числе неаполитанским диалектом, перевёл написанные на этом диалекте сказки Дж. Базиле – «Пентамерон»), восточными языками, – всего около двадцати пяти, а если считать диалекты, то все сорок.

В 1842 г. он оказался в Бомбее, в Индии, в качестве младшего офицера морской пехоты. В Индии он также усвоил несколько местных диалектов, а также персидский язык. Часто он переодевался в местные одежды и смешивался с толпой, так что его невозможно было отличить от туземца (впоследствии ему этот опыт пригодился). Он составлял для английского правительства отчёты и по возвращении в Англию опубликовал четыре книги об Индии.

В 1853 г. он совершил паломничество в Мекку, облачившись в платье афганского племени патанов (Pathan), причём на всём пути в Аравию его не разоблачили, что могло привести в те времена к роковым последствиям: он хорошо усвоил не только языки, но также восточные обычаи и мусульманский этикет.

Через год он совершил путешествие в пустыню Сомали, в Африке, и рассказал об этом путешествии в книге «Первые шаги в Восточной Африке» («First Footsteps in East Africa», 1856), а позднее Foreign Office (министерство иностранных дел) командировало его на поиски истоков Нила, и в феврале 1858 г. он (вместе со Спиком) открыл озеро Танганьика.

Ещё через три года он исследовал Западную Африку, а в 1861 г. был принят на дипломатическую службу и назначен консулом. Вообще за свою жизнь он побывал и на арабском Востоке, и в Африке, и в Америке, в Северной и в Южной. При этом он успевал много писать, всего им написано более 50 книг, составивших 72 тома полного собрания.

Его главный литературный труд – замечательный перевод сказок «1001 ночи» с примечаниями и комментариями, обнаружившими в авторе прекрасного знатока Востока. Его знаменитая книга «Паломничество в Медину и Мекку» («Pilgrimage to El-Medina and Mecca», опубл. 1855–1856) – не просто путевые записки, но и увлекательнейший рассказ о жизни мусульман, их обычаях, нравах, религии и традициях.

В последние годы он много писал и переводил, однако вдова его, при жизни его страдавшая от его пьянства и постоянного отсутствия, после смерти безжалостно уничтожила многие его рукописи (в том числе книгу «Благоухающий сад», «The Perfumed Garden», и «Собрание эпиграмм, вдохновенных Приапом»). Кстати говоря, она была компаньоном во многих его путешествиях (после 1861 г.) и сама написала несколько книг (о Сирии и Аравии). В память о нём она написала книгу, основала фонд «Burton Memorial Lecture Fund» и воздвигла на побережье Мёртвого моря памятник из камня и мрамора в виде арабского шатра.

Что же касается оценки Ричарда Бёртона как переводчика знаменитых сказок, то аргентинский писатель Х. Л. Борхес, посвятивший писателю эссе, выразился так: «Путешествие по книге “1001 ночи” в интерпретации сэра Ричарда Бёртона так же восхитительно, как и путешествие по книге, “переведённой непосредственно с арабского и прокомментированной” Синдбадом-Мореходом».

Особенно ценится комментарий сэра Ричарда Френсиса Бёртона к сказкам: он насыщен информацией и громоздок, и скорее «интересен сам по себе, чем необходим для “1001 ночи”» (Борхес). Каждый из томов содержал несколько сотен примечаний; Бёртон, отвлекаясь от повествования, то и дело сообщает читателю массу интереснейших сведений о Востоке, назовём следующие:

• осуждение тюрем и оправдание телесных наказаний и штрафов;
• несколько примеров почтительного отношения ислама к хлебу;
• легенда о тончайшей коже ног царицы Белкис;
• рассказ о четырёх символических цветах смерти;
• восточная теория и практика неблагодарности;
• сообщение о том, что ангелы предпочитают палевое оперение, тогда как духи – терракотовое;
• краткий пересказ мифологемы таинственной Ночи Власти или Ночи Ночей;
• диатриба против демократического правления;
• список имён Мухаммеда, пребывающего на Земле, в Огне и в Саду;
• заметка о запретных участках тела у мусульман, располагающихся у мужчин от пупка до колена, а у женщин – с ног до головы;
• грандиозный проект скрещивания павианов с женщинами и получение в результате низшей расы отменных пролетариев…
• И еще многое-многое другое…

(Излагается по эссе Х. Л. Борхеса «Переводчики “1001 ночи”», перев. И. Петровского).

► Х. Л. Борхес писал о Ричарде Бёртоне: «Бёртон, переодевшись афганцем, странствовал по священным городам Аравии; голос его молил Господа, чтобы тот бросил его кожу и кости, его болезненную плоть и кровь в Огонь Гнева и Справедливости; его иссушённые самумом губы запечатлели в Каабе поцелуй на поверхности обожествленного аэролита. То было знаменитое приключение: распространись слух, что необрезанный, “нацрани”, осквернил святыню, его смерть была бы неминуемой. До этого, переодевшись дервишем, он практиковал в Каире медицину – не гнушаясь при этом шарлатанских приёмов и магии, дабы завоевать доверие больных. Вплоть до 1858 года он возглавлял экспедицию к таинственным истокам Нила – это поручение привело его к открытию озера Танганьика. Во время этого предприятия его свалила жестокая лихорадка; в 1855 г. сомалийцы копьём продырявили ему щёки. (Бёртон прибыл из Харрара, закрытого для европейцев города в глубине Абиссинии.) Спустя девять дней он изведал ужасающее гостеприимство чопорных каннибалов из Дагомеи, по его возвращении ходили слухи, будто он “питался странным мясом”. <…> Более всего он ненавидел евреев, демократию, министерство иностранных дел и христианство; особо почитал лорда Байрона и ислам…» («Переводчики “1001 ночи”», перев. И. Петровского).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/404

Дювер (Дю Вер) (Duvair, Du Vair), Гийом (07.03.1556, Париж – 03.08.1621, Tonneins, Франция) – французский государственный и церковный деятель (епископ), оратор, философ, писатель-моралист.

Переводил на французский язык сочинения Эпиктета, Демосфена и Цицерона, написал несколько замечательных трактатов по филологии, философии и морали, среди них: «О французском красноречии» («De l’Éloquence française et des raisons pour quoi elle est demeurée si basse», 1594); «О морали стоиков» («La Philosophie morale des stoïques», 1585); «De la constance et consolation ès calamités publiques» (1594); «De la sainte Philosophie».

Реформатор французской поэзии Франсуа де Малерб (François de Malherbe) был большим почитателем Гийома Дювера и без сомнения многое почерпнул из его трактата «О французском красноречии…».

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/339

Болотов (Bolotov), Андрей Тимофеевич (07[18].10.1738, с. Дворяниново, Тульская губерния – 04[16].10.1833? там же) – русский писатель, ученый, мемуарист. Родился в Тульской губернии, в родовом сельце Дворянинове (Алексинского уезда) в небогатой дворянской семье. Первые годы жизни провел с родителями в Лифляндии и Финляндии, где служил его отец. Десяти лет был зачислен каптенармусом в армейский полк, которым командовал его отец. Учился сначала дома под руководством отца и учителя-немца, а потом недолгое время в частном французском пансионе в Петербурге. Рано осиротев, Болотов до 16 лет прожил в деревне и благодаря своей любознательности и страсти к чтению самостоятельно приобрёл обширные познания в разных областях – истории, географии, геометрии, фортификации. В 1755 г. в возрасте 17 лет поступил на действительную службу сержантом в архангелогородский полк и в 1757 г. отправлен офицером в Прусский поход (Семилетняя война). В 1758–1761 гг., хорошо зная немецкий язык, служил переводчиком в канцелярии русского военного губернатора Восточной Пруссии, занимался в свободное от службы время науками и посещал лекции в Кенигсбергском университете. В начале 1762 г. переведён адъютантом к с.-петербургскому генерал-полицеймейстеру барону Корфу, но скоро вышел в отставку и еще до воцарения Екатерины II уехал в свою деревню. Здесь он женился и провёл всю остальную часть жизни, деятельно занимаясь сельским хозяйством в своём имении и управляя также имениями графа Бобринского. Ко времени пребывания Болотова в деревне относятся следующие его литературные труды: «Детская философия, или Нравоучительные разговоры между одною госпожою и ее детьми» (М., 1776–1779), «Чувствования христианина при начале и конце каждого дня в неделе» (М., 1781); «Несчастные сироты» (драма в 3 действиях, М., 1781); «Генриетта, или Гусарское похищение» (перев. с нем., М., 1782); «Рассуждение о начале и конце нынешнего и о состоянии будущего мира» (перев. с нем., М., 1783); «Путеводитель к истинному человеческому счастию, или Опыт нравоучительных и отчасти философических рассуждений о благополучии человеческой жизни и о средствах к приобретению оного» (М., 1784). Плодом его учёных занятий остались: «Краткие и на опытности основанные замечания о електризме и о способности електрических махин к помоганию от разных болезней» (СПб., 1803). Главным предметом занятий Болотова было сельское хозяйство – ботаника и агрономия. Избранный членом Вольного Экономического общества, Болотов сначала печатал свои статьи в его трудах, затем сам издавал весьма солидные для своего времени сельскохозяйственные журналы: «Сельский житель» (1778–1779) и «Экономический магазин» (1780–1789). Кроме того, после него осталась большая рукопись, писанная замечательно красиво, как и все его рукописи, под заглавием: «Изображения и описания разных пород яблоков и груш, родящихся в Дворенинских, а отчасти и в других садах; рисованы Андреем Болотовым 1797–1800» (замечательный труд по русской помологии). Наконец, Болотов оставил мемуары, на которых собственно и основана его известность (изданы редакцией «Русской Старины» в 1871–1873 гг. под названием «Жизнь и приключения Андрея Болотова, написанные им самим для своих потомков». Мемуары охватывают исторический период с 1738 по 1793 год (составлены в 1789–1816 гг.) и содержат обширный и ценный материал, освещающий самые разные стороны жизни русского общества XVIII века. Это яркие картины усадебного и столичного быта дворянства, рассказ об исторических событиях, свидетелем или участником которых был: Семилетняя война, дворцовый переворот 1762 года, крестьянская война 1773–1775 гг. под предводительством Емельяна Пугачева и казнь Пугачева, при которой присутствовал сам писатель. Кроме того, он составил «Памятник протекших времен, или Краткие исторические записки о бывших происшествиях и носившихся в народе слухах» (М., 1875).

Мей, Лев Александрович (13[25].02.1822, Москва – 16[28].05.1862, Санкт-Петербург) – русский лирический поэт, драматург и переводчик. Родился в Москве в семье офицера (из обрусевших немцев). Учился в Московском дворянском институте и в Царскосельском лицее, куда его перевели за особые успехи. В 1841-1852 гг. служил чиновником в Москве, в канцелярии московского генерал-губернатора, а затем в Петербурге, но жил главным образом литературным трудом, терпя большую нужду и злоупотребляя спиртными напитками, что и ускорило его смерть. Был членом молодой редакции журнала «Москвитянин», группировавшейся вокруг драматурга А. Н. Островского и критика А. А. Григорьева. Самобытный поэт, большой поклонник всего национального, он был близок славянофилам, которым была свойственна идеализация русской старины. В своих произведениях стремился приблизиться к народной поэзии как языком, который отличался богатством народных выражений и образов, так и выбором сюжетов, главным образом из русского фольклора и русской истории («Царская невеста», 1849; «Псковитянка», 1860, из эпохи Ивана Грозного; на сюжеты обеих драм композитор Н. А. Римский-Корсаков написал одноименные оперы). Мей виртуозно владел стихотворной техникой, ему одинаково хорошо удавались баллады, былины и песни в народном стиле («Вечевой колокол», 1857; «Песня про боярина Евпатия Коловрата», 1859). Обращался он также и к сюжетам из библейской истории («Юдифь») и истории Древнего Рима (драма «Сервилия»). Мей славился также как переводчик стихотворений Анакреонта, Шиллера, Гёте, Гейне, Мицкевича, Байрона, Беранже, Тараса Шевченко.

::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::: 

Для возведения зданий и сооружений издревле используется кирпич. Этот универсальный строительный материал зарекомендовал себя длительными сроками эксплуатации, устойчивостью к внешнему воздействию, к тому же он полностью состоит из природного материала — глины. Норский керамический завод в Ярославле предлагает лицевой кирпич полнотелый от производителя.

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/5021

Гнедич, Николай Иванович (02.02.1784, Полтава – 03.02.1833, Москва) – русский поэт, знаменитый переводчик «Илиады» Гомера на русский язык. Родители его, небогатые потомки старинного дворянского рода, рано умерли (мать умерла при рождении Гнедича) – и уже в детстве поэт познал одиночество, ставшее уделом всей его жизни. В детстве Гнедич переболел оспой, которая не только изуродовала его лицо, но и лишила правого глаза. Все это оставило на характере поэта печать замкнутости, и если он не очерствел в эгоистической печали, то лишь благодаря врождённой энергии и рано пробудившейся любви к умственному труду: он увлёкся театром и особенно древними языками. Шестнадцати лет поступил он в Московский университет, где пробыл три года (университет он вынужден был оставить из-за недостатка средств). Здесь он основательно ознакомился с латинской и греческой литературой, пристрастился к Шекспиру и Шиллеру и обнаружил большой декламаторский талант, играя на сцене университетского театра. По окончании курса в Московском университете он переехал в Петербург, где определился на службу в департамент министерства народного просвещения. Первыми литературными опытами Гнедича были переводы двух трагедий: «Абюфар, или Арабская семья» Дюсиса и «Заговор Фиеско в Генуе» Шиллера. В это же время им был написан готический роман из испанской жизни, наполненный всевозможными чудовищными злодействами и приключениями – «Дон Коррадо де Геррера, или Дух мщения и варварства гишпанцев». Стихи Гнедича – оригинальные и переводные – печатались в перербургских журналах: «Северном Вестнике», «Журнале Российской Словесности» и «Лицее». Стихи и искусное чтение открыли перед ним двери домов петербургской знати, и в 1811 г. Гнедич, благодаря покровительству влиятельных особ, был избран в члены Российской академии и назначен библиотекарем Императорской публичной библиотеки, где прослужил до 1837 г., живя по соседству и в тесной дружбе с баснописцем И. А. Крыловым. Благодаря таланту декламатора он сошёлся с известной тогда драматической актрисой красавицей Е. С. Семеновой, которая проходила с ним все главнейшие роли своего обширного репертуара и для которой он переделал «Короля Лира» Шекспира (под названием «Леар») и перевёл трагедию Вольтера «Танкред». Из оргинальных произведений Гнедича, проникнутых искренностью и глубокой грустью, лучшим считается идиллия «Рыбаки», обратившая на себя общее внимание (в идиллии этой имеется классическое описание петербургских белых ночей, цитируемое Пушкиным в примечании к «Евгению Онегину»). Но, конечно же, важнейшим трудом его считается перевод «Илиады», над которым он трудился более двадцати лет и в котором, по словам Белинского, «постигнул дух, божественную простоту и пластическую красоту древних греков». Гнедич скончался 3 февраля 1833 г. и похоронен на новом кладбище Александро-Невской лавры, рядом с баснописцем Крыловым. Над могилой его воздвигнут памятник с надписью: «Гнедичу, обогатившему русскую словесность переводом Омира. Речи из уст его вещих сладчайшие меда лилися». ► «До Гнедича “Илиада” была переведена прозой два раза: Якимовым в 1776 г., а потом Мартыновым, в начале нашего столетия. Сверх того, в 1787 г. были напечатаны первые шесть песен “Илиады” в стихотворном переложении Кострова, сделанном александрийскими стихами. Гнедич решился продолжать дело Кострова, и в 1809 г. издал в свет 7-ю песню «Илиады», переведённую тем же размером. В 1813 г., когда Гнедич дописывал уже 11-ю песнь, С. С. Уваров обратился к нему с письмом, в котором доказывал превосходство гекзаметра над александрийским стихом. Письмо это вызвало возражения Капниста, Воейкова и др.; но пока шёл спор, возможен или невозможен русский гекзаметр, Гнедич, по собственному выражению, имел смелость отвязать от позорного столба стих Гомера и Вергилия, привязанный к нему Тредьяковским. Он уничтожил переведённые песни, стоившие ему шести лет упорного труда. Только в 1829 г. вышло полное издание «Илиады» размером подлинника. («Энциклопедия Брокгауза и Ефрона»). ► Известна шутливая эпиграмма Пушкина, которой он откликнулся на перевод «Илиады»: «Крив был Гнедич поэт, преложитель слепого Гомера, / боком одним с образцом схож и его перевод» (в бумагах Пушкина эпиграмма эта тщательно зачёркнута). ► «Гнедич был хороший поэт, написавший несколько восхитительных лирических стихотворений и русскую идиллию в стиле Феокрита, которая в то время высоко ценилась. Его Илиада – это Илиада высокого звучания и великолепия, полная блистательных славянизмов, с вергилиевским трубным аккомпанементом, с удивительно изобретательными сложными эпитетами. Это великолепнейший образец русской поэзии высокого классического стиля» (Д. П. Святополк-Мирский, «История русской литературы с древнейших времен по 1925 год»).

Старый адрес этой страницы: https://biograpedia.ru/?q=node/4939